Условия жизни экипажа были далеки даже от удовлетворительных.

Теснота, постоянная жара, несмотря на теплоизоляцию машины, и невозможность отдыха на всем протяжении боевого выхода – вот что ожидало подводников в походе. Автономность лодки составляла только сутки, да и то это был предел для экипажа. После этого люди покидали лодку измотанными до последней степени и минимум сутки приходили в себя.

И все же достижения подводников и конструкторов воспринимались как несомненный успех. Командование решило начать боевое применение лодки в реальных условиях. Уж кто-кто, а глава КГБ Туманов точно знал, когда именно начнется война с Англией, а потому «Дельфин» начали готовить загодя, как и корабль-матку.

Под последний переоборудовали один из пароходофрегатов. Освободив место между фок- и грот-мачтами для установки подводной лодки и устроив подъемные механизмы, дабы лодку можно было поднять на палубу. Кстати, последнюю пришлось дополнительно укреплять, уж больно серьезным оказался груз.

Боевое крещение «Дельфина» должно было состояться в Борнхольмском сражении. Однако как ни маневрировал Притула, ему так и не удалось выйти на дистанцию уверенной атаки ракетами. О применении пловцов не могло быть и речи, тем более что в их роли должны были выступать члены экипажа. Людей едва хватало, чтобы управлять лодкой.

Он хотел использовать ракеты с дальней дистанции, но не успел. Два ракетных фрегата показали всю несостоятельность ракетного оружия на сколь-нибудь значимых дистанциях. Дело в том, что, имея преимущество перед обычными гладкоствольными орудиями по дальности примерно в полверсты, ракеты значительно уступали в точности.

И это при том, что сравнение делается даже не с русскими орудиями, где выдерживается строгая стандартизация по калибрам и используются тщательно выделанные оперенные снаряды. Сравнивается точность иностранных орудий, где ядро зачастую попросту болтается в стволе. И именно у них точность гораздо выше, чем у ракет. Так что если и можно было использовать эти снаряды, то только по такой цели, как город, или же сближаться с противником минимум до трехсот метров. Да и то о стопроцентном попадании не могло быть и речи.

Правда, одна-единственная установка, располагавшаяся на корме, была способна в короткий промежуток времени выпустить сорок ракет. И это уже было более чем серьезно, в чем удостоверился один из вражеских фрегатов. Английский отряд как раз нацелился на два русских корабля, отходящих от места схватки. Причем англичане действовали весьма эффективно и успели сблизиться с русскими кораблями почти вплотную.

Русские довольно споро отбивались от противника, используя свою артиллерию.