Правда, в этом случае за час удавалось преодолеть не более полуверсты. Но и это был вполне приличный результат, учитывая сложности обнаружения лодки с борта кораблей противника, даже в полупогруженном состоянии. А уж когда из воды выступали только три трубы не столь уж и большого диаметра, и подавно.

Всплытие производилось посредством выпуска сжатого воздуха из специально предназначенных для этого баллонов в балластные цистерны. Кстати, благодаря им же удавалось провести под водой сколь-нибудь значимое время, так как воздух в невентилируемой лодке расходовался довольно быстро. В немалой степени этому способствовало освещение отсеков керосиновыми лампами. Ну и при вращении маховика экипаж дышал подобно загнанным лошадям. Так что подпитка воздухом из баллонов была очень даже не лишней.

Забор воздуха для вентиляции отсеков и закачки в баллоны осуществлялся через вентиляционную шахту. Она выступала над корпусом лодки на те же пять метров, что и выхлопная труба. Использовались для этого два воздушных насоса, один из которых был высокого давления. Оба приводились в действие и машиной, и ручным приводом.

И наконец, обзор при движении в подводном положении осуществлялся с помощью специально разработанного перископа. При всплытии, конечно, можно было пользоваться окошками рубки, выступающей над палубой лодки почти на метр. Однако все же перископ был предпочтительнее и в этом случае. Во-первых, он находился гораздо выше над уровнем воды. Во-вторых, он был настоящим оптическим прибором, хотя и с незначительным приближением.

Все шло относительно гладко до той поры, пока испытания проводились на реке. Несчастье случилось, как только лодка оказалась в море. Каспий встретил подводников легким волнением и вскоре потопил дерзнувших изведать его глубины. Причина крылась в выхлопной и воздухозаборной трубах. Попытки экипажа спастись не увенчались успехом. Пришлось подумать над усовершенствованием конструкции труб.

В связи с гибелью подводников было принято решение о дальнейшем комплектовании экипажа лодки из числа пловцов. И именно это решение побудило саглиновцев устроить шлюзовую камеру для выхода экипажа за пределы лодки. Вообще-то Никонов предусматривал подобную камеру для водолазов. Вот только идея с водолазным костюмом оказалась неосуществимой, а о наличии тренированных боевых пловцов конструкторы новой лодки не знали, потому и не рассматривали подобную возможность.

Но все изменилось, как только они узнали о тренированных пловцах. С одной стороны, подбор экипажа из их числа повышал шансы команды на спасение, а с другой – значительно увеличивал боевые возможности лодки.