"

"Поначалу Вадим полагал, что его выбрали за его исключительную способность плавать и долгое время держаться под водой. Но, как оказалось, его умение было не столь уж совершенным. Ему пришлось переучиваться плавать. Ведь боевому пловцу нужно в первую очередь обладать хорошим балансом, чтобы оставаться незамеченным, подбираясь к противнику, имея при этом всего лишь маску, дыхательную трубку и ласты из китового уса и парусины. Если хотите, при этом он должен уподобиться дельфину.

Как ни странно, но через два года ему все же удалось послужить на корабле. Корабль этот принадлежал КГБ и ходил под гражданским флагом. Но зато он первым из своего выпуска вступил в полноправное командование судном и пробыл в таковом качестве несколько лет. Под торговым флагом они заходили в самые различные порты, тщательно знакомясь с ними и особенностями их акваторий. Угу. Все на случай, если завтра война.

Иногда приходилось выполнять и деликатные поручения. Порой это были самостоятельные операции. К примеру, однажды они в открытом море захватили корабль ради того, чтобы пленить только одного человека. С корабля что-либо брать было строжайше запрещено. Мало того, всех находящихся на борту пришлось уничтожить, а сам корабль отправить на дно.

Порой приходилось оказывать самую разностороннюю помощь резидентуре за границей. Тут и силовые операции, и изъятие арестанта из тюрьмы, и просто переправка нужных людей или сведений. Случалось пробавляться и контрабандой, доставляя в различные места самый разнообразный груз. К примеру, оружие для каких-нибудь борцов за светлое будущее своей страны.

В общем, служба оказалась весьма интересной и насыщенной. Поначалу расстроившийся Вадим очень быстро понял, что окажись он на корабле, то не испытал бы и сотой доли того, через что ему довелось пройти всего лишь за какие-то пять лет. Да его приключений хватило бы на несколько романов. Конечно, при условии, что ему было бы разрешено упоминать о пловцах вообще и своей деятельности в частности.

Единственный недостаток заключался в том, что служба эта была пожизненной. И если родные еще надеялись, что он вскоре вернется домой и обзаведется семьей, то сам он прекрасно понимал тщетность этих надежд. Во всяком случае, до достижения тридцатипятилетнего возраста. Раньше пловцам о заведении семьи нечего было и думать, потому как семейный человек и думает по-другому, и мотивация у него совершенно иная.

Но год назад, то есть в 1756 году, его служба в рядах боевых пловцов закончилась. Нет, его не уволили, но перевели в другое место. Ему предстояло стать командиром первой в мире подводной лодки.