Хорошо вам сидеть тут с напыщенным видом и раздавать советы – в которых я не нуждаюсь – о том, что мне следует быть дома и заниматься тем, что никогда меня не интересовало… детьми, домом… Знаете, приберегите их лучше для своей супруги.

– Ровена, – перебил Тобиас, закусив губу, чтобы скрыть улыбку. Черт, как же она хороша в этой позе, сидя на табурете, со своими яркими влажными глазами и манящим ртом. – Я не имею супруги.

– Сейчас, может быть, и не имеете, – возразила она, – но в будущем же она появится?

– Верно. Здесь мне нечем парировать.

– Куда берберийские корсары отвозят пленников? Как вы думаете, куда они отвезли Джейн? Только бы не в Сале, – прошептала Ровена больше себе самой, чем Тобиасу.

– А что вы об этом знаете?

– Один из помощников сказал мне, что Сале – это самое ужасное место из тех, куда попадают похищенные. Рабов там заковывают в цепи, такие тяжелые, что они едва могут передвигаться, и держат в грязных вонючих темницах под землей, пока не продадут.

– Я уже говорил вам раньше, что вашу сестру могли увезти куда угодно, – мягко произнес Тобиас, пытаясь немного ее успокоить. – И еще говорил, что с пленницами-женщинами обращаются не так, как с мужчинами. Мы приедем в Алжир, и я узнаю там все, что смогу.

– Вы уже бывали там раньше?

– Несколько раз. Я вожу туда дерево – алжирцам нужны материалы для постройки кораблей.

– Корабли, которые нападают на наши! – презрительно выкрикнула Ровена. – Но с этим же невозможно согласиться! Вы считаете такую торговлю благородным делом, Тобиас?

Он пожал плечами:

– Это порочный круг. Если я не буду поставлять им дерево, это сделает кто-то другой – алжирцам его постоянно не хватает. Кроме того, продавая товар им, я обеспечиваю некоторую безопасность другим своим кораблям, в какие бы воды они ни ходили. Мой флаг хорошо известен корсарам, и они редко нападают на мои суда.

– Учитывая это, мы прибудем в Северную Африку скорее. Я очень надеюсь, что, если мы отыщем Джейн, нам удастся ее освободить.

– Если мы ее найдем, всегда есть возможность ее выкупить. Но алжирцы требуют больших денег за своих пленников, и, когда из Англии прибывает посланник, чтобы от лица семьи выплатить деньги и освободить дорогого родственника, имеющихся у него средств часто оказывается недостаточно. Вы должны усвоить, что алжирцы любят меняться. Переговоры проводятся снова и снова, пока не достигается обоюдное соглашение, и тогда пленника отпускают.

Иногда, если похищенный – важное лицо в своей стране или это титулованная особа, сумма выкупа может быть просто огромной, и ее собирают несколько лет. Родственники несчастных отдают все, что у них есть, в качестве первого взноса, а потом следуют ежегодные выплаты, пока, наконец, все деньги не перейдут в руки алжирцев.