Слава богу, она не вскрикнула и не воспротивилась, когда он сжал ее запястье и втащил в пустую комнату. Ох, наверное, это была худшая из идей, когда-либо приходивших ему в голову. За исключением, пожалуй, поцелуя на центральной лужайке перед ее домом. Но Адам не мог больше бороться с желанием прикоснуться к ней, а эта холодная комната давала им уединение.

Он долго старался держаться от нее подальше. Очень, старался! И ему это… в общем-то, удавалось. Потому что он заставлял себя не бывать там, где могла оказаться она, – не бывал на званых обедах, на балах, в опере и на всех прочих светских раутах, где намеревался развлечься, когда только вернулся в Лондон.

Но это было в то время, когда Адам еще не встретил мисс Райт – тогда он думал, что сможет танцевать, обмениваться шутками и весело проводить время с очаровательными молодыми леди, не представляющими опасности для его сердца.

Но мисс Райт… Она вдребезги разбила все намерения Адама в первый же вечер его появления в обществе. И что он мог с этим поделать, если судьба постоянно устраивала так, что их пути пересекались?

«И вот сейчас… Подумать только, в сиротском приюте!.

.» – мысленно воскликнул он.

А прекрасные сияющие глаза мисс Райт улыбались ему, когда он заглядывал в их завораживавшие глубины.

Адам с облегчением вздохнул. К счастью, эта девушка не испугалась и не рассердилась на него, когда он увлек ее за собой. При мысли об этом в душе его вспыхнула надежда. Возможно, она хотела того же, что и он, – хотела остаться с ним наедине.

Адам провел кончиками пальцев по ее нежной щеке, затем осторожно обвел пальцем очертания ее восхитительных губ. Чуть помедлив, он потянулся к лентам ее шляпки, завязанным под подбородком.

Затем потянул за одну из лент, и бант развязался. Твердой рукой он распустил шарф, удерживавший короткую бархатную накидку Кэтрин, и накидка тотчас же соскользнув с плеч девушки, упала к ее ногам.

Вырез светло-серого платья был достаточно глубок, так что можно было видеть мягкие округлости грудей, то и дело вздымавшихся в волнении. «Как замечательно было бы полностью ее раздеть», – промелькнуло у Адама. Но это было бы ужасной глупостью, не так ли? Чуть помедлив, он наклонился и поцеловал каждую из грудей. Девушка судорожно вздохнула и тихонько застонала.

Приложив палец к впадинке у ее горла, он ощутил бешеное биение пульса. Было очевидно, что она возбуждена.

Бросив плащ и шляпу на пол, Адам крепко прижался к ней.

– Я хочу поцеловать вас, – прохрипел он.

– Я тоже этого хочу, – ответила она, задыхаясь.

Адам наклонил голову и вдохнул возбуждающий запах ее волос. Ему ужасно хотелось сорвать с нее шляпку и зарыться пальцами в эти блестящие каштановые пряди. Прижавшись губами к ее шее, он одновременно ощупывал дверь возле дверной ручки.