— Подыхать-то зачем? В знак протеста? — фыркнул внезапно разговорчивый Азатот.

— А затем, что мне для жизни и пить, и жрать нужно! — извернулся я, балансируя своим ответом между правдой и ложью. — И для всего этого надо выбраться на поверхность. Ты выход из пещеры знаешь?

— Да какой еще выход?! Просто разломаем все к твоим праотцам, рано или поздно гора закончится!

— Гора-то закончится, а ты убережешь мою голову от смертоносного валуна? Мне, в отличие от тебя, многого не надо, чтобы лапы протянуть!

Азатот простонал.

— Вот ведь ублюдская правда жизни, ты ведь смертный!.. Вот ведь повезло наоборот, там где жопа сделан рот… — он вздохнул на всю пещеру, будто я ему всю жизнь сломал.

То есть он недоволен тем, какой у него носитель. А я, стало быть, прямо в восторге от этого остряка в моей грудной клетке! Прямо вне себя от счастья, блин.

— А я тебя в себя не приглашал, — буркнул я, непроизвольно трогая место укуса.

Вот ведь сволочь, насквозь кольчужку прокусила.

— Да знаю, — буркнул Азатот. — Так и я не выбирал, где проклюнуться. Сейчас отойдем от этих мешочков, контакт разорвется — и я опять буду блеять, как умалишенный, пытаясь вспомнить собственное имя. Может это… Хотя бы двух сожрем?

— Нет, — твердо заявил я.

— Ну хоть одну?..

— Нет, сказал! Иначе какой им резон рассказывать, как нам отсюда выбраться?

— Ну как бы жить захочется — расскажут. Я могу пожирать их особенно изощренно, так чтобы остальным страшно стало, — предложил Азатот.

— Они втроем по сути — единая сущность, ты же знаешь, — простонал Оракул, потирая ушибленное место. — Нет одной из них — остальные считай, что мертвы.

— Вот не мог помолчать немного? — с укором сказал Азатот. — А то, когда надо, у тебя язык отсыхает, принципы на глотку давят. А когда промолчать бы — так и прет из тебя фонтан неудержимых откровений.

— Так ты меня обдурить хотел? — не поверил я своим ушам. — Ты же вроде как праотец всего сущего, блин, и не совестно таким извратом заниматься?"

"— Я бы на тебя посмотрел, если б тебе пришлось выбирать между адекватностью и слюнявой улыбкой идиота, — отозвался Азатот.

Я вздохнул.

Нет, понять это действительно можно. Вот только благополучие Азатота шло вразрез с моими собственными интересами.

— А кстати, кто это вообще? — спросил я, кивнув на троицу созданий, с гортанным бормотанием пугливо прятавшихся в тени огромного валуна.

— Это Мойры, — ответил Оракул.

От изумления у меня открылся рот.

— Мойры? Такие?..

— Они напрямую питались от Чаши, — пояснил тот, глядя на ужасающие полузвериные фигуры богинь. — Падение в мир смертных и отсутствие привычного питания сильно исказило их сущность.

— Они вообще разумны? — озадаченно проговорил я.

Оракул пожал плечами.

— Свои функции они выполняют.

— Тогда надо попытаться поговорить с ними.