Я слегка удивился, что после прогона лидера Демид решил голосование ввести. Возможно, что Михалыч опасался раскола внутри группировки и был осмотрителен.

Демид достал свой лист, и я отчетливо увидел, как он пишет слово «да». По рядам заходили братки с ведрами и ручками. Подходя к каждому присутствующему просили проголосовать. Минут пятнадцать всё это длилось. Примерно на середине ко мне подошел браток — сунул ручку. Я вытащил свой лист, внимательно посмотрел и поставил прочерк. К черту, это не моя война. Муха, сидевший рядом, поставил в своем листике «да», поддерживая Демида. Еще через несколько минут братки уже считали итоги голосования. Заур в их числе. А потом один из считавших подошел к Демиду Игоревичу и шепнул результат. Тот коротко кивнул, потянулся к микрофону.

— Братва, выбор сделан. Большинство из вас проголосовало «за», — объявил он. — Я предложу москвичам переговоры в Краснодаре, на турнире по подпольным боям. Там озвучу им наше предложение и покажу гарантии качества, которые мы даем на турнире. Заур! — Демид повернулся к нему, — нам надо этот турнир брать, мы должны показать, что лучшие, мне нужны крепкие стартовые позиции на переговорах.

Заслышав о турнире в Краснодаре, я напрягся. Черт. Я воспринимал бои как место, где смогу показать себя и начать спортивную карьеру… а новые подробности, мягко говоря, смущали.

— С Кареном и Яшкой Кривым, как и с их людьми — не связывайтесь, они сделают все, чтобы сорвать нам переговоры и начнут вставлять палки в колеса, а может, даже пойдут на обострение. Это можно понять. Потому что в случае успешного завершения, они окажутся в незавидном положении. Не ведитесь на провокации, — заключил Демид Игоревич, еще раз оглядел всех, положил микрофон на колонку и ушел обратно в подтрибунное помещение в сопровождении телохранителей.

В этот момент я услышал, что мне звонят. Вытащил мобилу.

— Слушаю.

С каждой секундой я мрачнел, чувствовал, как будто что-то во мне падало вниз, вот-вот оторвется. А когда положил трубку, повернулся к Мухе, который решил закурить и, ерзая на деревянной скамье, пускал кольца дыма.

— Муха, нужна помощь, брат! — выдавил я.

Глава 22

— Муха, быстрее…

— Гоню, Боец!

Муха действительно жал по газам, утапливая тапку в пол, мы проскочили на мигающий желтый на перекрестке. Я сидел на переднем пассажирском сиденье «девятки» и не мог найти себе места. Сжимал и разжимал пальцы, вгрызаясь себе в колени. На душе дикими кошками скребла тревога и росло неприятное чувство, что случилось что-то нехорошее.

Звонили мужики-алкаши. Я слышал из динамика голос Макса, который впопыхах сказал, что ко мне в хату кто-то ломится. Они заперли двери, но пришедшие угрожали расправой и грозились сломать дверь.