А экипаж «Когтя» помногочисленней нашего будет, оттуда уже с полтора десятка винтовок стреляет и пара гранатометов.

За пушку встать? Рискованно, да и куда из пушки палить? Там же жилые дома дальше, развалим что-нибудь.

Так, похоже, с двух мест стрельба идет — от того самого дома, из-за угла, низкого заборчика и из подворотни, и со второго этажа дома, в котором разместился магазин всякого моряцкого имущества. Если противник доберется до вторых этажей домов, что прямо напротив на набережной, то может и подавить огнем, у него тогда преимущество будет.

Что форт?

Там уже оживление, но умеренное. Похоже, в форте пока еще не разобрались, что и где происходит. Пытаются стрелять куда-то со стен и из бойниц, но стрельба неактивная. Им противник не особо виден, я думаю. Другое дело, что стреляют уже много где, война не только здесь. Скорее даже она где-то в другом месте, а здесь просто собирались раздолбать пушки и связать боем возможные подкрепления из форта. Раздолбать форт не получилось, но боем они его все же связали. И нас. Мы тут крепко сидим, к нам не подойдешь, но и мы отсюда не выберемся — причал пустой и открытый, бежать по нему под огнем — дело совершенно дурацкое.

Хотя…

— Эй! — крикнул я, пытаясь привлечь внимание стрелков с соседней яхты. — На «Когте»! Шкипер!"

"Из-за рубки, предусмотрительно укрываясь от возможного обстрела, высунулась голова — смуглый чернобородый мужик с банданой на голове.

— Чего хотел?

— Мы с ними можем до следующего года так стреляться. — Я ткнул пальцем в сторону противника, чтобы он точно понял, кого я имею в виду под «ними». — Им пока этого и надо! Прикрой нас, мы попробуем за мол заплыть и по нему пройти к набережной!

Он подумал секунду, затем кивнул, явно считая мой план разумным, потом показал большой палец:

— Сделаем!

Едва сказал — на причал прилетела винтовочная граната, рванула с дымным треском, сыпанув мелкими осколками вокруг и заставив меня нырнуть в укрытие. Нет, надо их там точно давить, потому что если еще гранатами к нам пристреляться — станет совсем неприятно, они сверху падают.

— Леонтий, ты остаешься, — скомандовал я и сразу же, не дожидаясь возражений, добавил: — С твоим плечом ты пловец никакой, а нам надо, чтобы отсюда кто-то гранатометом работал. Серафим! Федька! Спасательные круги и брезент, я покажу что делать.

* * *Думаю, что спуститься за борт незаметно нам удалось. По крайней мере, никто не пытался обстреливать. Пошли вшестером — Байкин, Серафим, Фрол и я, а еще в ультимативной форме напросился Платон, причем я сильно не возражал — идти с медиком всегда лучше, чем без него. Попробовал напроситься и Пламен, но тут его уже сам Платон завернул. Затем я, подумав, позвал еще и Ваську-негра, предварительно поинтересовавшись, умеет ли он плавать.