Я хочу, чтобы он оставался в Уоберне, со мной. Я не могу видеть, какой он несчастный. Ты можешь нанять для него учителей. Любовь ему нужна больше, чем уроки латыни.

— Это ко всем относится, — с иронией сказал Джон.

— Так это или не так, я пойду наверх и скажу, чтобы он распаковал вещи.

Джон не пытался ее остановить. Этим летом он наблюдал, как Джонни вылезает из своей скорлупы, потому что Джорджина щедро изливала на него свою любовь. Он знал, что младшему сыну было одиноко в школе, и обдумывал, как оставить его в Уоберне. Теперь, когда он увидел, что его жена склоняется к такому необычному устройству жизни Джонни, у него просто гора с плеч свалилась."

"Он отправился на конюшню и сказал конюху, что планы изменились: сегодня ему не придется ехать в Лондон. Потом Джон оседлал свою лошадь, решив съездить посмотреть, все ли луга скосили. Это даст ему время подумать об обвинениях, которые Джорджина бросила ему ночью. Он допускал, что в их ссоре он был виноват столько же, сколько и она, «Ревность делает из меня деспота по отношению к ней. Я ревную ее. Но почему она думает, что я испытываю нежные чувства к Элизабет? Этого я не понимаю. Даже имя этой женщины я произношу с отвращением. Кажется, пришло время признаться Джорджине, что мой первый брак был истинным кошмаром».

* * *

— Джонни, ты не вернешься в Вестминстер-скул. Давай я помогу тебе распаковать сундук.

Мальчик уставился на Джорджину, не вполне поверив ее словам.

— Ты уверена, что мне не нужно возвращаться в школу? А как же папа?

— Я предложила ему взять для тебя учителей. Он не отказался.

Джонни обхватил ее руками.

— Джорджи, ты самая лучшая из всех матерей на свете!

Позавтракав, они позвали собак и пустились в долгую прогулку по Уоберн-парку.

— Может быть, я буду присутствовать иногда на твоих уроках, Джонни. Я делаю столько ошибок в правописании.

— Наверное, мы сможем читать вместе разные книги. Мне бы хотелось начать с «Путешествия Гулливера» Джонатана Свифта.

Пройдя около двух миль, они свистом подозвали собак и отправились в обратный путь. Гончие бежали впереди всю дорогу. В первом саду собаки заметили Аббатису, которая точила коготки о ствол старого дуба, и вместе бросились на нее. От превосходящего численностью противника кошка спаслась, вскарабкавшись на самую верхушку дерева.

— Вот дурацкие собаки! Вас взяли погулять, и вот как вы нас отблагодарили.

Джонни огорчился, что собаки загнали его любимицу на дерево.

— Я уведу собак в дом, а ты попробуй позвать ее вниз.

Когда Джорджина вернулась, сердце у нее ушло в пятки — Джонни поднялся уже до середины дерева.

— Спустись! Если отец тебя увидит, его хватит удар.

— Но ведь она боится спуститься. Она попробовала, но испугалась. Зря она забралась так высоко.

— Джонни, прошу тебя, спустись.