Если вам надо, я номер скажу. Звать ту женщину Арина Николаевна Львова. А где же у меня ее телефонный номерок… Ага, вот, диктую, записывайте.

Записав номер телефона подруги Едякиной, Люся поблагодарила собеседницу и отключилась. Теперь бы с этой Львовой встретиться… Но как-нибудь так, неназойливо. И как-нибудь в другое время, сейчас уж больно мучило Люсю нездоровье.

В дверь ворвалась мокрая Василиса с Малышом. Осень сурово вступила в свои права и теперь ежедневно выливала на город тучку-другую дождя.

– Продрогла, как не знаю кто, – стуча зубами доложила Вася. – Ну как, ты отошла от вчерашнего? Это же надо было столько выпить! Ты просто самоубийца. На вот, купила тебе, может, легче станет. Выпей и ложись, отлеживайся. Ты вчера, конечно, вела себя непотребно, но и дохлая ты мне не нужна. А сейчас на тебе лица нет.

Василиса протянула подруге бутылку нарзана и настояла на постельном режиме.

– У Едякиной, оказывается, имелась близкая подруга – Львова Арина Николаевна, – слабо заговорила Люся с кровати. – Вот я и думаю, не она ли отправила Аллу Титовну на вечный покой?

– У тебя какие-то странные ассоциации сегодня – если подруга, значит непременно должна свою товарку в темном подъезде грохнуть. А то еще лучше – переделать подругу в мужика!

– Вася, не мели ерунды.

Василиса прошла в ванную, и теперь ее голос доносился уже оттуда:

– Люся, ты не представляешь, что на улице творится… Люсь! Ты не видела мой махровый халат?

– Надень тот, зелененький, ситцевый. И вылазь быстрее, надо же и правда Львовой, подруге Едякинской, позвонить.

Василиса не стала капризничать и вскоре уже названивала по нужному номеру.

– Нам, знаете ли, – щебетала она в трубку, – необходимо встретиться. Мы по поводу вашей подруги, Едякиной Аллы Титовны… Ну, это не по телефону. К какому часу к вам можно подъехать? Через часика два? Понимаю, конечно, муж уедет, и мы сможем совершенно свободно… А адрес? Хорошо, через полчаса мы будем… Ах да, конечно, ровно через два часа, нет-нет, не раньше.

Но даже и через два часа Люся не смогла восстановить пошатнувшееся здоровье. Нет, она, конечно, поднялась и даже дотащилась до прихожей, но там ноги ее подкосились, и Василиса едва успела подставить подруге свое могучее плечо.

– Так, решено – я еду одна. И с этой женщиной я собиралась поймать преступника! Не вздумай тут без меня снова напиться!

– Ва-а-асенька, – проблеяла Люся, ненавидя свой предавший ее организм. – Ва-а-ся, может, перезвоним и отложим встречу на завтра? Все-таки опасно одной тебе туда ехать. А вдруг и правда эта самая Львова прикокошила несчастную Едякину?

– Я приму меры предосторожности, – уверенно проговорила Василиса, доставая из пыльного ящика с елочными украшениями неиспользованную хлопушку.