Она протянула ему бумаги, их пальцы на мгновение соприкоснулись. Хелен быстро отпрянула, испугавшись своей реакции на него. Его губы сложились в мрачную складку, густые брови сошлись.

Хелен встала.

– Могу я еще что-нибудь сделать для вас? Хотите чаю или, напротив, чего-нибудь прохладительного?

Он покачал головой.

– Квинси скоро принесет закуски.

Она совсем растерялась. Когда он был беспомощным, общение с ним не вызывало таких трудностей.

– Мистер Квинси поделился со мной, что теперь будет работать на вас в Лондоне.

Я рада за вас обоих: он будет превосходным камердинером.

– За те деньги, что я намерен ему платить, – буркнул Уинтерборн, – он должен быть лучшим в Англии.

Хелен на мгновение пришла в замешательство от его резкости, но потом осмелилась сказать:

– Я не сомневаюсь, что так и будет.

Уинтерборн аккуратно сложил бумаги в стопку и недовольно заметил:

– Первое, что он намерен сделать, это выбросить все мои рубашки.

– Ваши рубашки? – озадаченно переспросила Хелен.

– Один из моих менеджеров привез из Лондона кое-какую мою одежду, и Квинси с ходу определил, что рубашки куплены готовыми.

 – Он взглянул на Хелен, оценивая ее реакцию. – Если говорить точнее, то полуготовыми, с тем чтобы можно было подогнать в зависимости от предпочтений покупателя. Качество ткани и работа не уступают любой рубашке, сшитой на заказ, но Квинси все равно воротит от них нос.

Хелен ответила очень осторожно, подбирая слова:

– Такой опытный камердинер, как Квинси, зорко подмечает детали. – Вероятно, на этом ей следовало остановиться: обсуждение мужской одежды – в высшей степени неподобающая тема, – но она чувствовала, что должна объяснить причину озабоченности Квинси.

 – Дело не только в ткани. У рубашек, сшитых на заказ, безупречно прямые строчки, потайные швы, петли для пуговиц, как правило, обработаны вручную на манер замочной скважины, чтобы не тянули ножку пуговицы. – Она замолчала и улыбнулась. – Я могла бы рассказать еще о карманах и манжетах, но, боюсь, вы заснете в кресле.

– Я знаю, как важны детали, но что касается рубашек… – Он замялся.

 – Я взял себе за правило носить вещи, какие продаю, чтобы покупатели знали, что приобретают товар такого же качества, как у владельца магазина.

– Прекрасный рекламный ход и мудрая стратегия продаж.

– Да, именно так: мой магазин продает больше рубашек, чем любой другой в Лондоне, – но мне и в голову не приходило, что представители высшего общества обращают пристальное внимание на форму петель для пуговиц.