Но человек, угробивший из-за своей тупости сотни жизней, отдал неприятелю половину обоза, бросил часть вверенных ему войск и чуть не провалил всю экспедицию решил уйти от ответственности. И отвечать ему придётся, как бы этого не хотелось. Я точно с него не слезу и Суворов тоже кардинально изменил своё мнение. Ещё по слухам, Римского-Корсакова не смогли сразу найти. Он был на каком-то приёмы в Энгене, что находиться в тридцати вёрстах от его штаба.

—Алексей Михайлович, не хочу поднимать вопросы вашего упрямства, граничащего с предательством по занятию позиций вдоль Лиматта. Всё давно сказано, и я остаюсь при своём мнении. Но как понимать недавнее поведение вверенных вам войск, когда вы проигнорировали приказ командующего? Из-за вас наши войска понесли лишние потери, чуть было не сорвался штурм Бюлаха и часть неприятеля ушла из окружения."

"—Я бы попросил Ваше Высочество выбирать выражения, — начал злиться покрасневший генерал. Вообще, судя по его лицу, последние дни он неплохо так прикладывался к бутылке, — Что касается опоздания наших войск, то мы просто не успели их вовремя собрать. Части были разбросаны по большой территории, сам я узнал о готовящемся штурме позже, на что есть объективные причины. Но всё же разрешилось благополучно и триумф русского оружия восторжествовал.

Он действительно такой идиот или прикидывается? Я теперь не сомневаюсь, что, сбежав от французов, генерал начал расслабляться, сиречь бухать. Удивляет поведение остальных генералов, никто из которых не взял ответственность на себя. Хотя войска были разбросаны по разным городкам, а гонец вынужден был искать Римского-Корсакова.

—Александр Васильевич, у меня более нет вопросов к генералу. Считаю его поведение позорящим честь русского офицера и дворянина. Будь моя воля, то я приказал бы расстрелять этого позорного господина. Для меня этого персонажа более не существует. Я даже отказываюсь считать его русским человеком. Честь имею!

А на улице было хорошо. После затяжных дождей настали солнечные деньки, бабье лето в самом разгаре. Вдыхаю чистый воздух и оглядываю небольшую площадь. Красиво всё-таки в Швейцарии, но меня здесь уже задолбало. Домой хочу.

Тут вижу, что Шаффхаузен посетили наши венгерские союзники. Понятно, что Антон Эстергази решил продолжить разговор, который мы начали несколько дней назад. Особых предложений у меня для венгра не было. Но разговаривать на улице, как простолюдины, мы себе позволить не можем.

Я остановился в западной части города, куда мы добрались буквально за пять минут. Меня сопровождали егеря, которые заняли соседний дом. Особо рассусоливать не стали и сразу приступили к делу.

—Ваше Высочество, я правильно понял ваши слова. Мы мельком коснулись судьбы моей Родины.