Я и так на каком-то энтузиазме терплю весь этот табор позади нас. Сказал, не сниму кольцо, значит не сниму.

— Ну и правильно, а то ведь палец отрежу.

— А я тебе язык.

— Вот теперь все на месте.

— Ты о чем?

— Да так, о своем, о девичьем. Пойдем, — беру Игоря за руку и веду за собой. — Нам скоро тортик резать.

— Ты смотри, его могут не донести и уронить в процессе. А нам и резать ничего не придется.

— Типун тебе на язык.

Эпилог

Когда-то я не восприняла всерьез слова Лены по поводу гиперопеки. Мне казалось это все жутким преувеличением в попытке остановить меня от скорой беременности. Но она оказалась права. Правда одного она все же не учла-мне нравится помешанность Игоря на мне. Может, потому что я сама помешана на нем. Меня совершенно не тяготил тот факт, что я взяла академический отпуск, прекратила появляться в ресторане и девяносто девять процентов своего времени проводила вместе с мужем. Меня вообще ничего не напрягало. Кто-то сверху определенно скинул на меня грузовик со счастьем, иначе, как объяснить, что после свадьбы я почти сразу забеременела и всю беременность купаюсь не только в заботе собственного мужа, но и нахожусь в хорошей физической форме. Если бы не огромный живот, я бы вообще не заметила факт наличия беременности. Никакой тебе тошноты, отеков, идиотских вкусовых пристрастий, смены настроения и прочего. Я идеальная беременная, а Игорь идеальный муж. Сейчас он безусловно скривился бы от моих «розовых» мыслей, но мне действительно трудно к нему придраться. Нет, он, конечно, тот еще гад, это не искоренить, но меня это совсем не напрягает. Наоборот, если бы он вдруг внезапно снова включил «нормальность», то во мне бы безусловно закрались сомнения. Все почти идеально, и это иногда пугает, но я тут же отгоняю от себя дурные мысли. Правда есть две вещи, которые меня расстраивают: это предстоящее кесарево в виду того, что мой таз оказался слишком узким, а дочка крупная, и отсутствие секса. Да, видимо я похотливая мадам, но мне его хотелось. В моей голове было четкое понимание, что если все хорошо, им можно заниматься и на последнем месяце, а вот Игорь встал в позу уже на седьмом. Я к нему и так, и сяк, а он ни в какую, нет и нет.

— Игорь…

— Нет.

— Что нет?

— Никаких бочков, погладь меня и прочее. Я сказал нет и точка. У тебя через неделю кесарево, имей совесть, Олеся. И не надо тереться об меня выросшей грудью.

— Вообще-то я хотела сказать, что пора купить детскую кроватку.

— Я скорее тебя сейчас трахну на люстре, чем мы купим детские вещи раньше родов.

— На люстре не надо, можно просто так, лучше прямо сейчас, — не сдерживая смеха выдаю я. Но вот Игорь в ответ даже не улыбается и тут я понимаю почему. Идиотка, просто клиническая идиотка.