Дескать, выполняем задание своего командования, едем кратчайшим маршрутом! Не видите, что у нас раненые? Если немедленно не освободите проезд, то вся ответственность за их жизни станет вашей! Патрульные растерянно переглядывались, пожимали плечами, освобождали дорогу и желали счастливого пути. Нагорный тут же утапливал газ до упора.

В районе Панков стояли советские войска, и слово «Смерш» действовало безотказно. До госпиталя в районе Парижской площади они гнали практически по прямой. Наплыва раненых в освобожденном Берлине не было, дежурная смена врачей трудилась безупречно.

– Немедленно готовить парня к операции! – скомандовал седой военврач майор Глушков.

– Что, уже приехали? – пробормотал Олежка, приходя в сознание. – Товарищ майор, а почему такие белые стены? Вы тоже здесь, значит, тоже умерли, да?

– Женщину тоже возьмите, – настаивал Градов. – У нас нет времени искать гражданскую больницу. Это местная жительница, она спасла нашего сотрудника. Отнеситесь к ее лечению ответственно."

"– Да ты не волнуйся, майор, все сделаем как в лучшей московской больнице, – сказал военный хирург и снисходительно улыбнулся: – Жить будут ваши подопечные, вы их вовремя привезли.

Поспать оперативникам удалось четыре часа, хоть что-то. Поговорка «после войны отоспимся» пока не работала.

– Видок у тебя, майор, конечно, адский, – заявил полковник Троицкий, когда наутро подчиненный возник перед глазами. – Видел себя в зеркале? Ну и ладно, не смотри. Обескураженный ты какой-то. Можно поздравить с очередным провалом, да? – Начальник выслушал доклад, раздраженно поморщился и проговорил: – Просто замечательно, Градов. Все ниточки оборваны, человек пострадал, слава богу, что не умер. В бою на кладбище вы вели себя достойно, уничтожили вражеский отряд, но даже не надейся, что за это получите награды. Твоя задача далека от боевой. Для этого существуют другие люди.

– Не понимаю, в чем провал, товарищ майор, – дерзнул заявить Градов. – Теперь многое становится ясным. Не эвакуируй британцы концлагерь, мы все равно не смогли бы войти на его территорию. Зато теперь уверены в том, что Шарлотта говорила правду. В концлагере англичане к чему-то готовили германских военных. Подозреваю, что к боевым действиям против Красной армии. Этот лагерь – один из многих. Операция засекречена, покрыта мраком тайны. Противник узнал о нашей осведомленности касательно данного объекта и решил эвакуировать личный состав. Технически это было несложно. Посадили в машины и увезли. Враг знал, что мы появимся в данном квадрате, и выслал группу ликвидации. Но ей не повезло так же, как в квартире Дженни Майерс.

– Откуда, по-твоему, они получают эти сведения? – осведомился Троицкий.

– Мое мнение не поменялось, товарищ полковник.