Я отшатываюсь назад. Паникую почему-то. Это неправильно, крутится в моей голове. Я не его. Но Рустама. Даже фантазируя, трогать нельзя. Так во мне отпечаталось мысль о том, что Зверь считает меня принадлежащей ему. Прожгло насквозь и даже слова о симпатии мной воспринимаются, как нечто кощунственное.

— Забудь. Прямо сейчас. Если жить хочешь. Дурной!

— А что? — нагловато усмехается Тахир. — Тебя, как вещь, присвоили. Вещь можно и отобрать.

— Я не вещь.

— Но Зверь к тебе только так относится!

Тахир говорит вполголоса. Между нами натянута сетка и есть свободное расстояние, но взглядом парень меня на месте удерживает. Колким и режущим, опасным как-то по-особенному. Холодок под кожу запускает.

— Только послушай. Я… буду с тобой хорошо обращаться. Ласково. Заботиться, — голос парня по мере сказанного обороты набирает, становясь обжигающим. Безумным. — Я место знаю, как сбежать можно. Я всё проверил и…

Я разворачиваюсь и бегу прочь. В дом залетаю быстрее ветра, поднимаюсь в комнату и захлопываю дверь. Прислоняюсь к двери. Ничего не слышано. Только сердце бешено колотится, оглушая рёвом.

Это неправильно.

Тахира не в ту сторону понесло. Но мне ли не знать, что чувства контролю не подлежат. Они могут даже на голой пустоши, где нет ничего, кроме похоти, прорасти.

Но мне это не нужно. Бежать я не хочу. Не буду. Рустам просто очень занят. После изгнания Исаевых работы прибавилось. Друга лучшего Зверь сам лишился, а ведь Ризван многое решал.

Рустаму тяжело. Мне — в разлуке и неведении тоже нелегко. Сомнения и ревность душу рвут на клочки. Но сомнения — это не повод бежать. Я не хочу наломать дров по глупости.

Я не предам своего Зверя. Ни за что.

Но могу ли предать смерти другого человека? Я должна рассказать Рустаму. О намерениях Тахира. Но это — смертный приговор. Однозначно.

Остаток дня и вечер проходят, как в тумане. Мысли цепляются одна за другую. В голове — круговерть демонических плясок.

Ночь — ничуть не лучше. Засыпаю урывками. Длинные лапы кошмаров в сны проникают. Раскрашивают всё пугающе красным. Красное на белом расползается огромными пятнами, и фоном играет какая-то музыка. Медленная. Завораживающая. Как голос сирены. Не получается, ни выкинуть из головы, ни противиться зову…"

"Утро наступает с чётким ощущением — Зверь рядом. Слышится приглушённый шорох воды. Я ещё не вижу его самого, но знаю. Он здесь. Каждой клеточкой тела, ноющего от предвкушения.

Зверь чёткой поступью пересекает комнату, направляя к шкафу. Вокруг крепких бёдер обёрнуто полотенце. Небрежно отшвыривает его в сторону, показывая крепкую задницу. Натягивает трусы и выуживает из шкафа джинсы.

— Доброе утро, — приветствую мужчину.

Он оборачивается и усмехается, застёгивая ширинку. Чувствую сильное напряжение в воздухе.