Но это нисколько не помешало мне провалиться в глубокий сон, едва голова коснулась такой же колючей подушки.

***

Утро началось со стона.

Даже не сразу поняла, кто стонал, пока не попробовала шевельнуться. Всё тело затекло и болело после вчерашнего бега по лесу и ночевки на жёсткой постели.

Открыв глаза, я уставилась в деревянный нависающий потолок. И почти не удивилась, увидев его. Похоже, мой кошмар затянулся.

Полежала ещё некоторое время, разглядывая комнатку.

Кровать у Эдме действительно была одна. Даже не кровать, а узкий топчан, сколоченный из нескольких досок. С таким же, как у меня, соломенным матрасом. Похоже, мой еще вчера тоже лежал на этом топчане.

В груди шевельнулось чувство благодарности. Но его тут же затмило горькое осознание: Эдме права. Никакой это не сон. Сны не длятся так долго, даже самые кошмарные. Пора признать правду. Я попала в другой мир, и у меня большие неприятности.

Моя спасительница – мой единственный источник информации. Надо разузнать у неё всё, что возможно, прежде чем уйти. А уйти мне придётся. Если то, что Эдме сказала вчера про метку – правда, то те охотники обязательно отыщут и эту избушку, и меня в ней.

Тогда и Эдме не поздоровится. Если судить по всем книгам и фильмам, которые я успела прочесть и просмотреть, злодеи всегда убивают тех, кто помогает героям.

И пусть я не герой, но не хочу, чтобы Эдме пострадала из-за меня.

Охая и ахая, я поднялась на ноги и отдёрнула занавеску.

Эдме топила печь, в которой уже булькал чугунок. Запах ароматной похлебки заставил меня сглотнуть. Желудок уже забыл о позднем ужине и громко заурчал, требуя еды.

– Умывайся и садись завтракать, – вместо приветствия сообщила Эдме, беря длинный ухват.

С его помощью она достала из печи чугунок.

Я умылась, прополоскала рот, потёрла зубы пальцем за неимением щётки, а потом села за стол.

От чугунка шел умопомрачительный аромат. Но я, помня, что время может играть против меня, заставила себя отвлечься от еды. Сначала информация.

– Эдме, эти охотники, или кто они, найдут меня здесь? – голос дрогнул, но мне нужно было знать точно, сколько времени осталось.

Женщина отвернулась к печи, словно не слыша вопроса. По её опустившимся плечам я поняла, что права. Значит, это место не такое уж безопасное, как мне показалось вчера.

Эдме молча наполнила две глубокие глиняные миски, поставила на стол, положила рядом деревянные ложки и протянула мне толстый ломоть хлеба.

Я схватила хлеб в руку, зачерпнула ложкой густого варева, от которого поднимался лёгкий парок, но, прежде чем поднести ложку ко рту, произнесла, стараясь вложить в голос максимум убеждения:"

"– Расскажи. Мне нужно знать, что меня ждет в этом мире и в новой жизни. Я смогу вернуться домой?

Эдме, не глядя на меня, покачала головой.