И тут же голос повысила: — Ты думаешь, мой лучше? Все они одинаковые.

Этот разговор случился около двух месяцев назад, тогда Марина ещё на что-то надеялась, а сейчас, после прошедших недель, по истечении которых ничего не поменялось, даже хуже стало, Марине уже не хотелось ничего обсуждать, ни с кем, если только с мужем, который от неё откровенно бегал. Даже дома появлялся набегами.

На кухню вышла и Тамаре, которая Эльке варенье на хлеб намазывала, улыбнулась.

— Привет.

— Мама, я буду сладкий хлеб есть! — Дочка широко улыбнулась ей, и подпрыгивала от нетерпения, тянула руку к хлебу. Она никак не могла научиться правильно выговаривать слово ""бутерброд"". И Марина её учила, и Антон, но Элька активно сопротивлялась, в который раз слово коверкала и угрюмо замолкала, и в следующий раз заставить её нелюбимое слово повторить, было очень непросто.

— Ты не наелась за ужином?

— Наелась. Но тут же варенье!

Марина дочке улыбнулась и по волосам её погладила, а когда Элька в комнату побежала, крикнула ей вслед:

— Только на диван не накапай! — На Тамару посмотрела и села за стол. Потом опомнилась: — Чай будешь?

Тома рукой на неё махнула.

— Я дома пила. Давай, рассказывай. Опять не пришёл?

— Антону сказал, что вернётся поздно. У него работа.

— Конечно, работа. — Тамара выразительно скривилась. — Знаем, мы его работу! Вот ведь гад какой, Марина, уже ребёнку врёт. Поговори ты с ним, что ли!

Марина глаза отвела.

— Я боюсь.

— Но терпеть это дальше уже нельзя. Он скоро вообще дома появляться не будет, а ты будешь молчать?

— Не знаю.

— Даже интересно, что он там за принцессу себе нашёл, — Тамара только руками развела. — Молоденькую, наверное. Свиристелку. Без детей, без проблем. Правильно, зачем ему жена?

— Мне кажется, Антон что-то подозревает.

— Так правильно, не маленький уже. Чувствует.

Марина грустно кивнула.

— Поговори с Игорем, — посоветовала ей Тамара перед уходом. — И не просто поговори, а поставь его на место. Мозги-то должны быть у человека, в конце-то концов. Ну, хочется мужику погулять, но зачем это делать так открыто? Так только дураки поступают!

Или те, кто сохранять семью не хотят, добавила Марина про себя, вот только смелости не хватило, вслух это произнести. Даже подруге об этом сказать было страшно.

— Мама, Антон не хочет со мной в компьютер играть! — Эля влезла на диван и к Марине потянулась, требуя, чтобы та её пожалела. Марина обняла, поцеловала и принялась Эльке косички расплетать.

— Ну, он, наверное, занят, родная. Антон ведь уже взрослый, почти, и дела у него почти взрослые."

"— Да ни чего он не занят! Он сам играет в гонки, а меня не пускает.

— Ладно, не обижайся. Тебе всё равно уже спать пора, а завтра поиграешь в компьютер.

Эля голову назад откинула, уворачиваясь от рук матери.