В сторону откатился и рухнул на подушки, сладко потянулся.

— А ты собой доволен, да? — Даша теперь сама к нему придвинулась, грудью к его плечу прижалась. — Думаешь, я так быстро на тебя злиться перестану?

Игорь шутливо простонал, зажмурившись.

— Сколько можно злиться?

— Ты сам виноват. — Даша отодвинулась от него, легла, пристроив голову на его плече, и одеяло к груди прижала. — Ты вообще меня не слушаешь. Или не хочешь слушать. Ты делаешь только то, что тебе удобно.

Игорь с досады поморщился, пользуясь тем, что девушка не может видеть его лица, и прикрыл глаза рукой, согнутой в локте. А потом осторожно выглянул, чтобы на часы взглянуть.

— Гоша. — Даша на бок перевернулась и прижалась щекой к его груди. — Гош, ну чего тебе не хватает?

— Мне всего хватает.

— Тогда может, хватит уже метаться?

Игорь на постели сел, и Даше пришлось отпустить его. Смотрела на его спину, на то, как он лениво потягивается, Игорь очень старался казаться спокойным, но что-то его выдавало. Скорее всего то, что он сбегал всякий раз, как Даша заводила неприятный для него разговор. Вот и сейчас вскочил, а ведь обычно растолкать его после секса было очень трудно, Игорь любил после понежиться в постели, а ещё лучше получить чашечку свежесваренного кофе в придачу с несколькими поцелуями, а в последнее время он вёл себя так, словно, отрабатывал повинность, а не любовью с ней занимался. Полчаса в постели с ней, а потом быстрее уехать, ведь у него дел столько, что голова кругом! У него работа, дети и даже бывшая жена. Даша всё больше склонялась к выводу, что Игорь решил вернуться обратно, к Марине. Это звучало дико, это было глупо, после всех тех усилий, которые она приложила, чтобы наглядно ему показать, где, а главное с кем, ему лучше. Ведь он сам — сам! — жаловался ей, ещё несколько месяцев назад, что семейная жизнь стала невыносимой, что любовь прошла, остались одни заботы, и некоторая доля дружеской привязанности. А рядом с Дашей он душой отдыхает, благодаря ей у него второе дыхание открылось, жить захотелось, к чему-то стремиться, а то ведь в его жизни уже очень давно ничего не происходит. Марина окончательно погрязла в быту, она ни о чём другом, как о детях и ремонте, не разговаривает. Только списки требований составляет: продукты, детские вещи, обои, штукатурка, новый холодильник. Даша тоже списки составляла, но в них под всеми номерами значилось совсем другое: любовь, поцелуй, секс, и никаких серьёзных требований. И тогда он стремился к ней, он у неё в доме душой отдыхал, сам так говорил, а теперь что? Интерес потерял?

Хорошо, даже если предположить, что это так, то почему его потянуло обратно к Марине, на всё знакомое так давно и привычное? Даша не верила, что дело тут в детях, на которых он в последнее время просто помешался.