Цветы мне подарил, представляешь?

Тома громко хмыкнула, спохватилась, и сама над собой рассмеялась, когда Марина ей кулак показала.

— Женщины, мы сегодня за стол сядем или нет? — поинтересовался муж Тамары. — Кушать хочется, между прочим!

— А я тебе говорила: поешь дома! А теперь ты ноешь?

— Чего это я дома есть буду? Я место берёг на Маринкины кушанья. Она и раньше хорошо готовила, а теперь всё должно быть, как в ресторане. Я должен всё попробовать!

Марина улыбнулась, пообещала:

— Ещё десять минут. Потерпите! — А когда к Томе повернулась, продолжила шёпотом: — И что мне со всем этим делать, я просто ума не приложу.

— Детьми, говоришь, занялся?

— Ну, раз он Эльку к себе домой даже забирал…

— Это точно серьёзно. Интересно, как его мадмуазель это восприняла.

— А Димка бесится.

— Что вполне понятно.

— Я спорить не буду, но я не могу постоянно его успокаивать. Я просила Игоря не являться к нам каждый день, но он меня не слушает. А если я Диме пожалуюсь… Боюсь подумать, что будет.

Марина на спинку стула облокотилась, другую руку в бок упёрла, и подскочила от испуга, когда Гранович её сзади приобнял. Посмотрела на него и рассмеялась.

— Ты с ума сошёл? У меня сердце остановилось!

Он поцеловал её в щёку.

— Нужно сплетничать с меньшим воодушевлением.

— Мы не сплетничали!

— Конечно. Антон, куда стул утащили? Обратно к столу поставьте!

— Тётя Тома, тётя Тома, — Элька подбежала и подёргала Тамару за рукав. — Ты видела, какие цветы мне дядя Дима подарил? Настоящий букет!

— Да ты что?

— Да, — Элька важно кивнула. — А Антон — дурак, он надо мной смеётся!

— Эля! — Марина возмущённо посмотрела. — Так нельзя говорить!

Антон стул к столу вернул, придвинул, и заявил:

— Ей можно. Она ведь даже слово ""бутерброд"" выговорить не может!

Эля с отчаянным воплем на него кинулась, а Антон рассмеялся и принялся лениво отмахиваться от сестры.

— Так, хватит! Все за стол!

— Наконец-то!

— Мама, скажи ему! Чтобы он не дразнился!

— Антон, не дразни сестру."

"Тот послушно кивнул, а Эле украдкой язык показал. Та обиженно насупилась, и к Диме прижалась, когда он её на руки подхватил.

— Ну-ка, не реви. Нашла время.

Эля обняла его за шею.

— Я с тобой сяду, — сказала она, уцепившись за него. Гранович глаза закатил, но усадил девочку к себе на одно колено.

На ночь Тома с мужем остались у них. Марина устроила их в своей бывшей спальне, а пока постель с Тамарой расстилали, снова заговорились, на большой кровати устроились, а потом Антон в комнату заглянул через некоторое время, и возмущённо сообщил, что их все ждут.

— Чаю хотим с пирогом!

— Ах, чаю, — грозно протянула Тамара, поднимаясь. — Ну, пойдём, посмотрим, кто это у нас разучился пользоваться газовой плитой.