Четыре дня Кит даже не умывался, а грязь с одежды уже сама отваливается. Пока греется вода, я стригу мальчишке ногти, и немного ровняю чёлку, чтобы не лезла в глаза.

Отправляю купаться, а сама иду за вещами.

Чистая, простая рубаха и свободные штаны. Нижнее бельё здесь не носят, а вместо носков — гольфы до колен. Достаю чистое полотенце и возвращаюсь к мальчишке. Найдя маленький обмылок, я натираю им тряпку и принимаюсь нещадно тереть Кита. Мальчишка ойкает и хихикает, когда я прохожусь по рёбрам или пяткам. Но вырваться не пытается, наслаждаясь заботой.

Вымыв волосы, я ополаскиваю Кита и велю вытираться. Теперь это не чумазый домовёнок Кузя, а вполне себе миловидный мальчишка, с розовыми щёчками и россыпью веснушек на носу.

Отправляю Кита в спальню, а сама закидываю в таз его одежду. Вода тут же стала мутной, но я всё же стараюсь хоть как-то простирнуть одежду.

Повесив мокрое бельё над печкой, я ещё раз подкидываю дров и вытираю разлитую воду с пола. Ванну выльет Кит, как немного обсохнет.

Вернувшись в спальню, я прошу малыша ещё раз помазать спину. Он уже не так боится, видимо раны выглядят намного лучше. Собственно, чувствую я себя тоже практически хорошо. Головокружение от голода прекратилось, температура совсем спала, а спина не так уж и болит. Но я знаю, что ночью она поднимется ещё раз. Воспаление так быстро не проходит. Удивительно, что я нашла в себе силы сегодня подняться.

— Мама, а ты мне сказку расскажешь про несуществующие королевства?

— Расскажу, — улыбаюсь я.

Эта традиция появилась практически сразу, как только я осознала, что перенеслась в какой-то другой мир. Я не могла сдерживаться, так что принялась рассказывать Киту «сказки» о несуществующих «королевствах» с железными колесницами, которые ездят сами, с огромными домами.

Мне надо было хоть с кем-то поделиться, а кроме мальчишки рядом никого не было. Да и опасно это… Учитывая, что здесь жена — собственность мужа, то за такие рассказы могут запросто сжечь, посчитав ведьмой.

— Ну слушай, — улыбаюсь я, вспоминая, как мы с мужем отдыхали в солнечной Турции.

Кит задремал на середине рассказа, а я не стала его будить. Пусть спит, ничего с водой не случится за ночь. Утром вынесет.

Я укрываю сына и ложусь рядом, закрывая глаза.

Но не успеваю задремать, как раздаётся стук входной двери и зычный голос мужа:

— Почему жена меня не встречает? Плетей захотела?

Подскакиваю на кровати и расталкиваю Кита.

— Отец пришел? — испуганно спрашивает мальчишка, распахивая глаза.

— Пришел, — киваю, дрожащими руками распахивая окно. — Беги скорее, слышишь? Беги.

— А ты? — мальчишка подрывается с кровати и бросается к окну.

— Я справлюсь, маленький. А ты беги на сеновал. Скорее же!

Надеясь, что сын выполнит мою просьбу, я бегу на кухню.