— Ну-с, Андрей Иванович, — сказал Мерц, — чем порадуете?

— В субботу — едем. Надо сказать — я рад. Город хороший, но сами понимаете…

— Устаешь, — сказал Мерц. — Очень устаешь. У нас как будто все в порядке. К субботе справимся. Все-таки лучше заблаговременно. Да, Андрей Иванович, видите ли какое дело… Как бы вам сказать…

— А вы скажите. А то вызвали вы меня к себе ни свет, ни заря…

— Андрей Иванович… — Мерц вдруг замолчал и посмотрел на Андрея Ивановича Митина. Митин — нижегородец и великорус был черен и сух как цыган, имел выпуклые, черные и блестящие глаза.

— Андрей Иванович, вам конечно известно, что у меня здесь, в Париже, живет теща, мать Александры Александровны.

— Понятия не имел, — сказал Митин. — Ну?..

— Второй месяц собираюсь нанести ей визит, и вот не собрался. Сами понимаете — эмигрантская семья, как еще встретят… Но все же я решил.

— А я же тут при чем? — спросил Митин.

— Хочу вас просить… Словом, давайте вместе.

— Чудак человек. При чем тут я? Как-то неловко…

— Андрей Иванович, ну что вам стоит?

— Да мне все равно. Ваше дело. Мне даже интересно. Для того меня и звали?

Митин рассмеялся и зубы сверкнули совершенно как зарница, белые и блестящие, как белок его глаз.

Они спустились вниз, в контору гостиницы. Мерц взял у консьержа газеты и, свернув в трубку, сунул в карман. Митин отдал ключи и они вышли.

Низенький плотный человек с сигарой выглянул из-за страниц «Фигаро» и спросил у консьержа:

— И вы думаете, что они настоящие?

— Настоящие? — с обидой повторил консьерж. — Черный — настоящий большевик. Мне говорил бригадир из префектуры. Может быть, кто-нибудь и называет их «товарищами».

Но я им говорю: «месье» и они не возражают, и платят по счетам, как все. Я так и сказал бригадиру — настоящие деловые люди. Наконец, у них бывают деловые люди, уважаемые фабриканты и финансисты.

— Ну что же, — человечек с сигарой вздохнул, — ну что же. Я молчу. Может быть, вы и правы… Может быть, они — деловые люди. Но долги, долги… Почему они не платят долгов?!"

"Улица состояла из гостиниц, и из окна номера в отеле «Тициан» было видно напротив совершенно такое же окно отеля «Мессина». И номер в отеле «Тициан», вероятно, совершенно ничем не отличался от номера отеля «Мессина».

Такой же камин с зеркалом над ним и такие же обои с пестрыми, несуществующими в природе цветами, и железные ставни со щелями-просветами. Но все же в обстановке этого номера в отеле «Тициан», было кое-что удивившее Мерца и Митина. Очень большой образ и лампада в одном углу и портрет Александра третьего в другом. На широкой, пышной кровати сидел юноша в костюме бойскаута, юноша в коротких штанах, с грязно-зеленым галстухом на шее.