Он меня давно уже взглядом облизывает ­ так

смотрит, словно уже юбку снял и… Нет, не хочу об этом

думать, и без того настроение поганое!

­ Трахаться не давать, улыбки дарить, ресницами

хлопать, восхищаться, какой он умный и красивый! ­

добавила я, с трудом выдравшись из цепких Машкиных

лапок.

Кабаша просияла и наконец ­ то позволила мне

вернуться к работе. Сама села в подаренный ей Олегом

“Крайслер”, побибикала мне на прощание и покатила к себе

на Выхино, солить вместе со свекровью огурцы.

Ее свекровь от отсутствия мужика на этих огурцах

просто ­ таки помешалась. Солит и солит, всю кладовку на

даче уставила банками, всех соседей закормила… Олег, когда впервые открыл баночку с маминым “творением”, чуть

не сблевал прямо в нее. Потому что энтузиазма у Елены

Васильевны полно, а вот руки ­ из одного места. Тем

месивом, во что превратились несчастные огурцы из ­ за

переизбытка уксуса, Олег потом унитаз отбелил. Лучше

всякого “Комета” помогло.

Хотя какая ­ то польза, хех.

…Серебряков в сопровождении бритоголового

мордоворота объявился часам к десяти вечера. При виде

меня его усталое, но довольно красивое лицо моментально

посветлело. И Владислав Михайлович устремился ко мне, словно мышь к сыру.

Со вздохом поправив волосы, я приготовилась играть

свою роль.

­ Аня, добрый вечер! ­ как искрится ­ то, а? Прямо

даже неловко. А что поделаешь? Лучшим клиентам ­ лучшее

обслуживание, улыбка ­ в подарок! Девиз заведения, блин.

Ну да грех жаловаться ­ платят мне неплохо. Это лучше, чем

по помойкам скитаться или ни с чем к маме с папой

возвращаться. Хочу самостоятельности!

­ Добрый вечер, Владислав Михайлович! ­ я сияю, словно начищенный пятак. Улыбка до ушей, как еще губы не

треснули ­сама удивляюсь. ­ Вы сегодня рано…

­ Не терпелось тебя увидеть, бесенок, ­ смеется Влад.

Мне до ужаса хочется взять его за ухо и как следует

вывернуть ­ хватит уже фамильярничать. Хочешь меня

трахнуть? Так и скажи! А то ходит вокруг да около, добрым

дядюшкой прикидывается. Достал уже.

А так послала бы с чистой совестью, свалив на

нетрадиционную ориентацию ­ и сиди, обтекай. Главное, чтобы с работы меня за это не выкинули. Нажалуется, гад, управляющему ­ и бегай, Анита, по собеседованиям, пока

деньги в заначке не кончатся. А потом можно и с голоду

подыхать.

Спасибо, не хочется. Поэтому “улыбаемся и машем, парни, улыбаемся и машем! ” Пусть дядечка почувствует

себя супермачо, мне не жалко…

­ Правда? ­ смущенно краснею я. Глазки потупила, меню кокетливо обмахиваюсь, словно мне жарко стало… И

впрямь жарко. Запарилась между клиентами метаться ­ всем

того надо, этого надо, одному салат недосолили, другой

икру в два укуса сожрал и ему мало показалось… Даже

хорошо, что Серебряков пришел. Хоть передохну немного.