Как будто

нет ни вражды, ни ревности…

Еще бы. Он теперь навсегда ­ с ней. Я бы тоже сильно

не парилась, наверное.

­ Я так скучаю… ­ глотая слезы, прижимаюсь лицом к

его свитеру и тихо поскуливаю от душащей меня боли.

­Вернись…

­ Я не могу, зайчонок, ­ он обнимает меня и медленно

тает в потоке солнечного света. Все они тают ­ он, она, дети… Этот теплый и светлый мир. ­ Живи за нас всех…

Просыпаюсь с диким криком. ТАК…больно…БОЖЕ.

Дай мне просто закрыть глаза ­ и навсегда остаться там! Я

НЕ ХОЧУ БОЛЬШЕ ЖИТЬ ТАК!

Бублик вылизывает мне лицо, сочувственно урча.

Отпихиваю пса и, еле переставляя ноги, плетусь в ванную.

Из зеркала на меня смотрит призрак со спутанными

светлыми волосами и пылающими адским огнем черными

глазами.

­ Это не я, ­ с силой бью кулаком по стеклу. И плевать

на чертовы приметы! ­ ЭТО НЕ Я! ! !

Осколки разбитого зеркала дождем осыпаются на

кафельный пол арендованной мной квартиры.”

“Апрель 20…г.

Пора или оборвать эту глупую, затянувшуюся пьесу, или переписать ее с нуля. Хватит так носиться ­ от себя, от

родных, от закона можно спрятаться. От совести ­нет.

Так зачем? …Кому я нужна? …

Бублику уже нашла новую семью. Они будут о нем

заботиться. Да и денег я им оставлю…

…Я устала…Я устала…

Живи за нас всех.

А если я не хочу? !

Молча собираю чемоданы. Опять меня хозяева просят

освободить квартиру ­ третий раз за месяц. И чем я им так

не нравлюсь? …

ПОРА ПРОСТО ПОСТАВИТЬ ТОЧКУ.

НАДОЕЛО.”

ЭПИЛОГ.

Худенькая блондинка бездумно брела по Тверской ­

Ямской, у ее ног семенила упитанная черная собака. Рядом

проносились по шоссе дорогие машины, гудели, кто ­ то

свистел. Люди спешили по своим делам­и только ей некуда

было спешить. Не к кому, да и незачем.

Так она незаметно добрела до небольшого храма. Уже

вечерело. Девушка задрала голову и внимательно

посмотрела на сияющие купола.

­ Тебе на меня давно наплевать…так что это ­ не грех,

­ тихо прошептали бледные губы. За спиной девушки стоял

внимательно прислушивающийся к ее словам батюшка. ­ Ты

не забрал меня за те грехи, что я совершила… Не стыдно, самому ­ то? Ты же вроде как и карать должен… Не убий и

все такое… Видимо, мы все до ужаса тебе надоели…

­ Дочь моя, Господь никогда не посылает человеку

испытаний, превышающих его силы, ­ тихо сказал

священник. Девушка вздрогнула и резко обернулась.

­Помолись. Может быть, тебе станет легче? Облегчи душу

исповедью.

­ Может быть… ­ задумчиво протянула девушка, глядя

на блестящий джип, в который сел святой отец. ­ А что?

Здравая мысль!"

"Вечером она переехала на другую квартиру и, заперевшись в новой и еще не обжитой спальне, включила

ноутбук.

Открыв “Word” и создав новый файл, девушка отпила

глоток коньяку и быстро ­ быстро принялась печатать.

В эту ночь ей впервые не снились кошмары."