Любая другая прыгала б от счастья, а мадам Кэлоджеро целыми днями рыдает и отказывается от пищи, — он поморщился, вспомнив ее прежнюю фамилию. — Нужно придумать ей громкий титул, чтобы его груз ответственности навсегда раздавил глупые мысли и сомнения, позволив сосредоточиться на долге перед империей! А главный долг моей жены — с завидным постоянством рожать новых наследников».

— Титул для моей жены должен звучать важно и строго, — перебил он Гделла. — Представьте завтра варианты. И нужно придумать традиции, прославляющие императрицу. Да, — поморщился император.

 — Фамилия Кэлоджеро с сегодняшнего дня не должна упоминаться ни в каких правительственных документах. А вслух тем более. Драго во всех летописях именовать не иначе как Драго-душегуб или Драго-тиран. Придумайте кровавые подробности его правления. Историю об убийстве моего отца и всех его наследников предлагаю преподавать детям. А самим Кэлоджеро пусть пугают расшалившуюся малышню. А Министерство новостей и пропаганды обяжите подготовить легенды. Я проверю их лично. Дети моей жены должны носить мою фамилию и не догадываться, кто их настоящий отец. В приказ о престолонаследии внесите поправку: мой трон наследует первенец, родившийся в законном браке. Отто и Дана родились до моего вступления на престол и законного брака с их матерью, поэтому никаких прав на престол не имеют. Моя будущая жена должна быть окружена верными престолу фрейлинами…

Гделл кивнул, а затем наивно поинтересовался:

— Никаких распоряжений по поводу медового месяца не поступало.

— Ах да, — хищно ухмыльнулся император. — Мы с моей возлюбленной Анной проведем его в родовом замке ее семьи на Сицилии.

Думаю, родные стены помогут ей окрепнуть после болезни. Как закончится церемония, я увезу ее туда. Заблаговременно откройте порталы."

"Брачный обряд императора Тайсара и Анны Кэлоджеро оказался более чем скромным. Гостей, призванных в свидетели, было мало. Бартоломео Доунс собственной персоной, Илзе Райс и сенатор Авварис. Зато трансляция об этом событии шла по всем каналам, и прямо на площади любой желающий мог посмотреть голограмму, а также в ней поучаствовать. Доунс оглядел императора и его невесту отеческим взглядом и затянул долгую песню про великую империю и ее императора.

Анне в этой проповеди отводилось мало места. Должна беспрекословно подчиняться мужу, помогать в делах империи и родить наследников престола, истинных правителей Тайсара. Тут Доунс брезгливо поморщился и бросил презрительный взгляд на Отто и Дану. Но это не осталось незамеченным. Анна внутренне содрогнулась, вспомнив, кто именно расправился с принцами крови, а Александр негодующе рыкнул на своего канцлера.