— Она нужна мне живой!

34

Анна долго приходила в себя. Она равнодушно рассматривала растущие невдалеке деревья и кустарники, покрытые диковинными цветами. Но их красота не трогала душу, не затрагивала сердечные струны. Священные источники Ноутримбии раскрылись для нее во всей красе. Анна лежала в бассейне, заполненном радужными водорослями, но, в отличие от купания с Драго, сейчас не чувствовала особой радости, да и ощущения блаженства и неги не наблюдалось. Она пыталась воссоздать в деталях день собственного побега, когда ее, словно загнанного зверька, опутанную сеткой, несли по воздуху.

Сквозь мелкие ячейки, связанные из тонкой, но крепкой нити, Анна наблюдала, как под ней проплывают города и поселки Тайсара. Так далеко она не путешествовала никогда. Даже в бытность императрицей летала с Драго вблизи от замка, а чаще всего сидела одна в апартаментах.

«Что же случилось, мой любимый? — пробормотала она себе под нос. — Неужели вы с Лючией стояли за гибелью Сола? Не поверю! Невозможно принять это!»

Она вспомнила, как в первые дни замужества гуляла по Тайсару с его великим императором.

— Он сразу положил на тебя глаз, Анна, — усмехнулся вскоре после коронации Александр. — И твой муж — набитый дурак, что позволял тебе прогуливаться с моим отцом. Хотя… — красный дракон ощерился в улыбке. — Зная, какая ты горячая штучка, могу предположить, что вы с моим папашей неплохо проводили время…

— Мерзавец, — вскинулась тогда Анна, но Александр яростно перехватил ее лапу и, повернув спиной к себе, сильно прикусил холку. — Запомни, милая, — прорычал он еле слышно. — За такие фортели положена смертная казнь. Только тебе все с рук сошло.

Анна, тяжело вздохнув, заворочалась в бассейне. И внезапно осознала, что находится здесь в человеческом обличье. Нагая, умащенная мерцающими водорослями для скорейшего выздоровления. Где-то рядом послышались голоса. Кто-то из слуг тараторил без остановки, пока знакомый рык не пресек болтовню. Александр!

— Как она, я вас спрашиваю? — проревел он.

— Пришла в себя, сир, — пробормотала прислужница Анны. — Я сразу сообщила вам.

— Она в сознании? — снова осведомился император.

— Да, мой господин! Мы проверяли, — пролепетала прислуга.

«Врете, — хотелось вмешаться в разговор Анне. — Откуда вам знать, в сознании я или нет?»

— Госпожа Анна постоянно вспоминает тот день, когда вы привезли ее к нам, — продолжала трещать нянька.

«Твою мать, — мысленно ругнулась Анна, догадываясь, что ее мысли ни для кого не секрет. — Не думай ни о чем», — попросила она себя и лишь успела смежить веки, притворившись спящей, как к бассейну подошел император.

Чуть приоткрыв глаза Анна увидела крепкие босые ступни, спускающиеся по мраморным ступеням.