На кухне обнаружился накрытый стол, и я от души позавтракала тончайшей выпечкой со сгущенкой, шоколадной пастой и икрой — а то очень сладко было. Декана и дракона нигде не было видно.

Едва призадумалась, чем бы заняться в первую очередь, как меня отвлекла домработница, сообщив, что пока я изволила почивать, из общежития доставили вещи. И она горела желанием помочь в разборе. Вещей, честно говоря, было не так уж много: в основном свитки и пергаменты по учебе, весь мой скудный гардероб, включая старую Академическую форму, вмещался в средних размеров холщовую сумку.

Личных же вещей, таких как фотография родителей и братьев с сестрами, наскреблось и вовсе на небольшую картонную коробку.

За этим занятием нас отвлек шум в коридоре. В проеме комнаты замаячила высокая фигура декана, за ним подпрыгивал до смешного круглый и вертлявый человечек."

"— Доброе утро, милая! — сказал Кроин так искренне, что если бы я не знала, что всё это фарс и не взаправду, то развесила бы уши, но сейчас решила подыграть «жениху».

— Здравствуй, любимый! Заходи…те!

Кроин едва заметно приподнял бровь, вроде как от удивления, но в комнату вошел, и даже в щеку нежно чмокнул.

Домработница подтянула ладони к лицу и умильно уставилась на нашу с ним «любофф». За деканом вкатился коротышка, разодетый во что-то совершенно дикое и невероятное: малиновый топ, белоснежный кардиган с ложными погонами, бирюзовые легенсы с лампасами были заправлены в неожиданного грубые армейские сапоги. Тонкую шею венчали крупные пластмассовые бусы, а в ушах сверкали камушки-бриллиантики.

— Магистр! Ваша невеста очаровательна! — взвизгнул высоким голосом невероятный визитер и хлопнул наращенными ресницами. — Олле, Андре, Вивьен, быстрее, мои феи!

В комнату тут же вплыли три вышеназванные девицы с огромными тюками, чехлами и кофрами. Пока я обалдело прижималась к «жениху» (а он был не против, кстати, крепко обнимая меня за талию), дамы и колобок расчехляли и раскрывали всё принесенное, раскладывая невероятной красоты ткани, рюши, пайетки, шитье бисером, кружева, гипюр, кристаллы, ленты и еще Благоликий знает, что, раскрывали тяжелые фолианты местных модных журналов, ища листы с закладками изображавшими платья невероятной красоты и пышности.

— Кто это? — потянулась я к шее декана, нагибая к себе его плечо, — что происходит?

Декан нежно отвел мои волосы и тихо ответил, касаясь губами виска:

— Это Лоренсо Лоренсон. Собственной персоной. Он поможет составить тебе гардероб и займется пошивом свадебного наряда, когда вы выберете фасон.