Корона отсутствовала, но и без того становилось понятно, какое именно положение занимал этот человек. Весь его богатый, выверенный до каждой детали, облик просто кричал об этом.

Еще секунду назад бывшие оглушительными аплодисменты вдруг исчезли. И все вокруг будто погрузилось в гудящую тишину.

Его речь была краткой — поздравление с победой, благодарность за великолепное выступление и восхваление академий магии, которые имеют звание сильнейших на континенте не просто так.

А потом нас, словно солдатиков, выстроили в очередь перед королем — каждому из победителей он жал руку. Когда сухая ладонь правителя сжала мою, — он даже снял свои перчатки и передал человеку позади него, — я будто наконец очнулась ото сна, в который меня погрузила шумиха вокруг."

"— Вы очень интересная девушка, мисс Новак, — неожиданно едва слышно сказал он, а уже через секунду я отошла, уступая место другому члену своей команды.

Глава 27

Вокруг горели сотни огней. На стенах виднелись магические камни. К потолку их количество росло, словно кто-то не скупясь рассыпал звезды, что полностью покрыли своды. Они не слепили, но все вместе сияли так, что в зале не оставалось места теням.

Светлее чем днем, будто ты оказался на небесах.

Плитка на полу была оттенков бежевого — от светло-кремового до темной охры. Она складывалась в узоры, что устремлялись к трону на дальнем конце помещения.

Всюду ходили и танцевали люди в богатых нарядах и украшениях. Кто-то был одет изящно и со вкусом, другие казались аляповатыми, словно решив каждым участком своего тела рассказать о своем баснословном состоянии.

На мне же красовалось длинное в пол платье глубокого синего оттенка, по юбке которого при движении будто проносились мелкие молнии. Из украшений лишь сережки, что я забрала из родительского дома.

Правильно Розенталь сказал, для меня они были ценнее любых драгоценностей. И почему-то показалось важным надеть их этим вечером. Будь родители сегодня здесь, думаю, они бы очень гордились своей дочерью.

Хотя определенно удивились бы. Возможно, у меня появится когда-нибудь возможность, и я покажу им этот магический мир.

— Волнуешься? — спросил меня Розенталь, когда мы проходили через все многочисленные залы дворца.

— Нет, — ответила я. — По крайней мере, точно не из-за приема…

И он прекрасно понимал, о чем я.

Мой взгляд то и дело падал на кубок, который стоял на пьедестале рядом с троном, видимый со всех концов зала. Бесполезная железка. Но она привлекала взгляды и внимание. Внимание к победе команды Восточной академии. И особенно ко мне.

По этому поводу я испытывала двойственные чувства — с одной стороны, мне не нравилось быть мартышкой на публике, что вдруг выдала неожиданные для нее трюки, а с другой — иначе не выйдет.