Ронда понятливо кивнула, надела кольцо на средний палец и повернула.

— Мэди, детка, — прозвучал позади меня голос Монтеги, — неужели я ослеп от твоей красоты? Готов поклясться, тут только что сидела Ронда.

— И я по-прежнему здесь, — подтвердила она, появляясь. — У тебя галлюцинации, Кейден. Либо ты слишком медленно моргаешь. Наверное, перезанимался.

Он опустился рядом со мной, вопросительно вздернул брови.

— А может, я вижу только тебя, Мэдерли Эванс? И все остальные женщины просто исчезают из поля моего зрения, — предположил он.

— Это что, второй раунд? — полюбопытствовала я, ковыряясь вилкой в условно съедобной фасоли. Хоть ты устраивайся в столовку на подработку. — Я думала, ты смирился, что проиграл то пари.

— Увы, — трагично вздохнул Кейден. — Но надеяться и мечтать мне никто не запретит.

— Мечтать не вредно, — подал голос Фалько, который сидел позади вместе с Элмой.

Он выразил желание скрасить ей одиночество, и как Элма ни заверяла, что отлично пообедает без компании, от Фалько так просто не отделаешься.

— Однако я привык верить своим глазам, — добавил Монтега уже нормальным тоном. — Ронда словно растворилась без следа, а после появилась вновь. Путем нехитрых умозаключений я пришел к выводу, что вы тут экспериментируете с чарами седьмого дома. Можно мне тоже в ваш кружок любителей тьмы?

Он просительно улыбнулся и жалобно посмотрел на меня, состроив рыжеватые брови домиком.

— Ты прямо как котик, — фыркнула Ронда. — Те же несчастные глазки.

— Это всегда работает, — похвастался он. — Мэди, ты ведь не устоишь, правда?

— Разумеется, она устоит, — вновь встрял Фалько, повернувшись к нам. — Монтега, что за подкаты? Она невеста Баса. У них официальное объявление помолвки на выходных.

— А я приглашен, — кивнул Кей. — Буду стоять там в углу и грустить.

— Можешь даже поплакать, — щедро разрешил Фалько. — Ты осознай главное: эту птичку уже поймали.

Вот так я себя и чувствовала. Меня поймали и теперь настойчиво сажали в клетку из черненого серебра. Там все будет по высшему разряду: и кормушка, и поилка, и уютное гнездышко, но когда дверца захлопнется, я превращусь в домашнего любимца. Можно чирикать сколько угодно — кто там прислушивается к пению птиц. Я сказала Басу, что хочу сходить в Ночь, но он лишь отмахнулся от меня, как и его отец.

— Мне кажется, ты торопишься, Мэди, — покачал головой Кейден. — Вы знакомы всего ничего. Вдруг эта вспышка скоро погаснет? Вдруг ты поймешь, что тебе нужен кто-то другой?

— Не угаснет, — возразила я.

Любовь к Бастиану заполняла всю меня целиком, и на других не осталось ни капли. Если моя мама так же сильно любила Расмуса, то понятно, отчего у Первого не было шансов.

Ронда тем временем не удержалась и, вновь крутанув кольцо, исчезла.