— Пожар потушили, полезли за настойкой, — подхватил старик Пайк, — а там Рут, как выскочит! Мы сперва думали, тварь какая недобитая…

— Я тебе дам тварь! — оскорбилась она.

— Черная вся, взъерошенная… — продолжил Пайк. — Ну, как стала ругаться, так сразу понятно — Рут. Таких слов твари небось не знают…

Я и плакала, и смеялась, все не веря своим глазам.

— Ну все, все, было б из-за чего сырость разводить, — ворчала тетя Рут, вытирая мои щеки. — Не плачь. Сейчас нос покраснеет. А у тебя вон какой парень видный. Зачем ему девка с красным носом?

— Уверяю, она нужна мне всякой, — невозмутимо ответил Бастиан. — Рад видеть вас в здравии, Рут.

Тетя лишь отмахнулась и запахнула на мне куртку академии поплотнее.

— Да еще оделась как легко, — окончательно рассердилась она. — Что за одежка — на рыбьем меху? Так, пошли. Я неподалеку живу. Места маловато, но мне много и не надо. Чаю хочешь?

Я кивнула и пошла за ней следом, сжимая теплую ладонь тети.

— Спасибо за огурцы, — подал голос Бастиан, шагая за нами. — Отличные были. Такие… ароматные.

— Были? — уловила тетя Рут. — Все съели уже? А я еще дам! У меня и огурчики сохранились, и грибочки, и варенье из тьмошника…

Фелиция оказалась права: мне надо было съездить в Сумерки, очень надо.

***

Чужой дом встретил нас сверкающими новенькими окнами и чистыми, вымытыми до блеска полами. Посреди комнаты осталось светлое прямоугольное пятно, словно тут долгое время лежал ковер, который потом отчего-то решили убрать. А на узкой кухоньке хлопотала тетя Рут, и я, все не веря, что она жива, топталась рядом, больше мешая, чем помогая.

— Ничей теперь дом, — скупо пояснила тетя. — Тени вернулись во мрак.

Я словно почувствовала мимолетную вонь тварей ночи и поежилась, обхватив себя руками.

— Может, пирожка? — предложила тетя как ни в чем не бывало, но я отказалась, мотнув головой.

А вот Бас взял один и одобрительно покивал, откусив чуть не половину.

— Шрам сказал, ты погибла, — вспомнила я, невзначай погладив тетю Рут по плечу. — И те чаросветы тоже.

— Спутали с подавальщицей, что работала вместо тебя. От нее мало что осталось. — Вздохнув, тетя собрала пальцы щепоткой и тайком махнула в темный угол, отправляя мрачные мысли теням. — А я успела спрятаться. Твари бы меня, конечно, учуяли. Шастали там, когтями стучали. Веришь — если б не огурцы, то конец бы мне пришел! Но один бочонок подтекал, а рассол ядреный — все запахи перебьет.

Повезло, что те твари не такие лакомки, как Веник. А может, им нельзя было отвлекаться на огурцы…

Я выглянула в окно, разглядывая улицу, накрытую отраженным светом из башни, которая теперь работала как и прежде: зеркала сияли, принимая лучи и дробя их над городом. Охрана осталась снаружи, а жители Порожков разошлись по своим делам. Видно, Шрам оказался убедителен.