Освальд улыбнулся, показав редкие пеньки зубов, и Монтега невольно поморщился. Вот куда его несет? Сидел бы дома, размачивал сухари в чае, а туда же, на битву.

— Кто сказал, что я стану нападать на Альваро? — произнес Освальд неожиданно звонким голосом. — Нет, рыжий кот, я выступлю на его стороне. Мои сыновья станут сражаться за него и за седьмой дом, который вспыхнет во мраке.

У Эльгреда рванули мурашки по коже, и волосы на руках встали дыбом.

— Ты думаешь, я выжил из ума, — добавил старик. — Может, и так. Но когда, если не сейчас, делать выбор? Судьбы смешались, будущего больше нет, мы творим его сами, Эльгред. От нас зависит, каким будет новый мир. Только от нас. Ты хотел отсидеться, я знаю. Выступить в последний момент на стороне победителя. Вот только не выйдет, Монтега. Ты тоже сделаешь выбор. Прямо сейчас. Считай, что это твой фатаруг.

— Давай не принимать такие решения с наскоку, — пробормотал Монтега. — Я приму тебя в своем доме, размещу твоих сыновей, мы все обсудим.

Освальд покачал головой, глянул на солнце, и его глаза заслезились.

— Ты не понимаешь, — сказал он. — Нам дали шанс. Искупление. Когда-то давно седьмой дом предали, и свет в ночи погас. Долгие годы мы теснились на жалком кольце солнечного рубежа, отправляли бедняков ютиться под отраженным светом башен. Но сейчас все может стать как прежде, в благословенные времена. Ну же, Монтега, ты ведь видел ту девочку. Видел, как светилась она, танцуя с младшим Альваро. В наш мир пришла любовь.

— Это не моя любовь, — заметил он.

— Но выбор будет твоим, — ответил Освальд. — Рискни, рыжий кот. Прими сторону прямо сейчас. Еще до начала сражения.

Кровь зашумела в ушах, и Эльгред вытер вспотевший лоб.

— А твои сыновья согласны? — спросил он, чтобы потянуть время.

— А как же, — усмехнулся Освальд. — Я не уверен, что все они поддерживают мое решение сердцем. Может, кое-кто из них думает, что старый хрен окончательно сбрендил. Но они сделают, как я сказал. Потому что потом я выберу наследника дома из тех, кто проявит себя лучше. Считай, поманил молодых псов сахарной косточкой.

— А что получу я? — спросил Эльгред.

Освальд пожал плечами.

— Сам ответь на свой вопрос, — посоветовал он. — Ты хитер, рыжий кот. Ты найдешь свою выгоду.

***

Из окон дворца Эльгред Монтега наблюдал, как белое войско псов течет по улицам его города. Сверкали щиты, развевались белые флаги, щерились острые пики. Освальд отказался от вежливого предложения остаться и понаблюдать за битвой отсюда. Старик рвался на передовую. Хотел искупить грехи давних предков, пока не отправился к свету или же тьме. Его сыновья шли во главе отрядов, рослые, сплошь белобрысые, суровые, как боевые псы.

Освальд подложил Тибальду большую зубастую свинью.