Его рука вновь легла на ее разгоряченное лоно, и Уна заскулила, ощутив, как один его палец вкрадчиво проник в узкую мокрую дырочку, а затем коснулся бугорка — возбужденного и упругого, — и начал поглаживать его так, что все желание, вся острая жажда сосредоточились там, в этой крохотной точке, и Уна застонала, нетерпеливо двигая бедрами и сама насаживаясь на член Дерека, чтобы погасить невыносимое жжение.

— Перестань, не надо!

Но Демьен словно не слышал ее. Он будто обезумел, жадно прижимаясь лицом к ее влажной коже, вдыхая аромат ее возбуждения и лаская языком соски до такой степени, что они начинали гореть таким же нестерпимым удовольствием, как и та точка меж ног девушки, которую он не прекращал поглаживать.

Уна не заметила, как ее голос перешел в громкие крики, а раскрытые бедра начали дрожать от каждого тонкого прикосновения. Ее пульсирующее лоно было совершенно мокрым и с каждым мигом удовольствие становилось все острее и острее, Уна извивалась, стараясь уйти, выскользнуть из-под ласкающей ее руки, но лишь сильнее насаживалась на член Дерека и чувствовала как его толчки наполняют ее тело тяжелым горячим удовольствием.

От накатившего острого оргазма Уна кричала и билась, содрогаясь, захлебываясь холодным воздухом и умоляя прекратить, потому что после удовольствие перешло в страдание, и она рычала и билась, уже не в состоянии смирно терпеть то, что творится с ее телом.

— Пожалуйста, пожалуйста, — твердила она, не понимая еще, что все уже закончилось и рука Демьена больше не ласкает ее.

— Красивая, — повторил Демьен, опускаясь на колени и прижимаясь лицом к ее подрагивающему животику.

 — Нежная…

Он покрыл мягкими влажными поцелуями весь животик Уны, насаждаясь ее мягкостью, ее ароматом, ее красотой и беспомощность, трогательной беззащитностью. Исцеловал ее раскрытые бедра, языком проводя сверху, почти от колена, вниз, до мокрых припухших губ, обласкал розовый нежный треугольничек меж разведенных ног, пощекотал языком атласные впадинки, и, наконец, почти с трепетом нежно поцеловал раскрывшееся перед ним лоно. Его ладони любовно скользнули под ее ягодицы, он большими пальцами поглаживал чуть припухшие розовые губы, любуясь сокровенной женской красотой, и Уна застонала, снова попытавшись стыдливо сжать ноги, ведь Демьен рассматривал ее там, беззастенчиво и жадно, и видел, как в ее теле движется член Дерека.

Но Дерек снова удержал ее, не позволил этого сделать, и Демьен целовал и целовал ее тело, вздрагивающее от каждого прикосновения.

Когда Демьен поднялся и приставил член к ее возбужденному жаждущему входу, Уна смогла только жалобно застонать, чувствуя, как головка толкается в ее лоно.