— Мы с родителями жили слишком бедно для того, чтобы заводить библиотеку, или, может быть, они в первую очередь занимались другим… Сейчас я пытаюсь собирать книги, но это, конечно, совсем не то.
Я промолчала: не могла же я ей сказать, что это жалкие остатки нашей с Марком библиотеки, что большая часть книг после развода осталась у него — впрочем, по праву, он их в основном доставал всеми правдами и неправдами, а не я.
Ее внимание переключилось на компьютер, и она внимательно его осмотрела, прошлась по клавиатуре: после этого она стала перебирать валявшиеся на столе книги и бумаги.
— Юрий сказал мне, что ты переводишь поэзию трубадуров. Это правда? — спросила она, перелистывая французскую книгу.
— Не совсем так. Я действительно люблю куртуазную поэзию, но перевожу не трубадуров, а труверов.
— Какая между ними разница?
— Трубадуры — это Прованс, это Прекрасные дамы, рыцари и куртуазная платоническая любовь.
— Прочитай мне что-нибудь!
— Ну, например, анонимная песня — правда, еще из трубадуров, но по духу близко к моим любимым труверам:"
"Я хороша, а жизнь моя уныла:Мне муж не мил, любовь его постыла.Не слишком ли судьба ко мне сурова?Я хороша, а жизнь моя уныла:Мне муж не мил, любовь его постыла.
— Это ты сама перевела?
— Нет.
— Почему ты мне это прочла?
— Не знаю, почему-то захотелось.
Виолетта слегка покраснела и закусила губу. Если она обиделась, то так ей и надо. Нечего совать свой нос в то, что ее не касается.
— Наверное, несчастливое замужество во все времена одинаково тягостно для женщины, как ты думаешь, Агнесса? Ведь ты тоже была замужем.
— Сейчас можно развестись.


















Комментарии
Добавить комментарий