Я сидела как на иголках, ожидая, что же мне скажет Дон о моем деле, и не решаясь прямо спросить его об этом. Он же, вместо того чтобы приступить к делу, сделал мне комплимент по поводу моего перевода. Я сначала не сообразила, о чем он говорит, но потом вспомнила о злосчастном «Даре небес».

— Что вы, Артур, это один из самых неудачных моих переводов, его испортили редактурой. — И, так и не выдержав нужную паузу, не вытерпела и задала вопрос: — Вы, кажется, сказали, что можете мне кое-что сообщить?

— Да, мои парни кое-что выяснили. Эти мерзавцы, которые на вас пытались напасть, — нездешние, но часто тут ошиваются. Они работали на одного местного, но тот уже давно хотел от них избавиться — убедился, что от них одни неприятности. Что ж, мы ему в этом помогли — наш район будет чище. Не бойтесь, вас они преследовать больше не будут. Их наняла одна дама за пятьсот баксов, сказала, что вы у нее уводите мужа, и попросила хорошенько вас напугать и изувечить, но не до смерти.

Холодок как будто пробежал по моему телу — зачем, собственно говоря, осенью включать кондиционер?

— Какая дама?

— Они ничего про нее не знают: ни фамилии, ни номера телефона, ни где живет. Не думаю, что они врут, если бы знали, то выложили бы как миленькие. Зовут ее Люсей, она черненькая, смуглая, среднего роста, средней полноты. Она как-то встретила их у винного магазина на Пятницкой и предложила подработать, они и согласились, идиоты. Тогда она пришла туда же через неделю, повела их на Ордынку и показала им вас, а также дала ваши координаты — номер телефона и адрес. Двести пятьдесят баксов она им выдала в качестве аванса, а остальные должна была заплатить уже после того, как они сделают свое дело, там же, у винного. Она сказала, что бывает там часто, потому что работает продавщицей в соседней лавочке. Но такой продавщицы на всей Пятницкой нет, мои ребята узнавали. Не думаю, чтобы она им потом заплатила. Словом, эти болваны… — тут Дон хотел, видимо, вставить нецензурное слово, но сдержался — дешевка.

Зато Игорь пробормотал себе под нос:

— Рэкетиры хреновы.

— И больше ничего об этой женщине они не знают? Среди моих знакомых таких нет, и мужа я ни у кого не увожу.

— К сожалению, я вам сказал все, что знаю. Будем надеяться, что ваши друзья-сыщики в этом вам помогут. Но, Агнесса, повторяю: не бойтесь. Ничего эти накурившиеся болваны вам теперь не сделают.

Холодок прошел, и меня захватило теплое чувство.

— Я вам так благодарна! Не представляю, что бы я делала без вас!

— Не стоит благодарности. Помочь вам мне доставило удовольствие. Не часто встречаются такие женщины, как вы, которые не боятся… как бы это выразить получше… войти в клетку со львом, если это им нужно. Мне было приятно с вами познакомиться.