— Зачем мне они? У меня в мозгу свой магический кристалл — как щелкнет, так я сразу все знаю, — совершенно серьезно ответил мужчина в зеленом плаще.

Экстрасенсы, подумала я. До чего ж старший уверен в себе! Впрочем, для них это бизнес. А в этот магазин они, заезжая в Москву, заходят, чтобы ознакомиться с новинками в своей области — как обычные командировочные посещают ВДНХ, чтобы узнать, насколько продвинулся технический прогресс за то время, что их не было в столице.

Вообще меня заинтересовала публика, которая заполняла холл под лестницей.

Народ здесь сильно отличался от посетителей книжной лавки «Эзотерика» на Шаболовке и подобных разделов крупных магазинов, где продаются различные издания по мистике, астрологии, уфологии и прочим не совсем ясным предметам, — здесь практически не было сумасшедших с горящими глазами, изможденных мужчин и женщин в нищенской одежде, которые тратят последние гроши на такого рода книжки с умопомрачительными названиями. Покупатели были в основном молодые, хорошо одетые, уверенные в себе, с энергичными манерами, которые прекрасно знали, что им надо; было совершенно очевидно, что это не случайная публика — скорее всего все они так или иначе профессионально были связаны с ассоциацией «Дорога от себя». Попадались, конечно, и случайно забредшие зеваки, но их было немного, и в основном они толпились возле стенда фотографа, над которым висел броский плакат: «Сфотографируйте свою ауру». Именно здесь меня и отыскала Виолетта, вышедшая из кабинета Вадима слегка раскрасневшейся.

Я хотела ее расспросить, но она от меня отмахнулась:

— Он очень приятный, мы мило побеседовали… А это что такое?

— Тут фотографируют ауру.

Хочешь?

Виолетта внимательно разглядывала плакат, на котором были изображены две головы, окруженные многоцветными нимбами: черты лица различить трудно, они стерты, неясно даже, мужчины это или женщины. Похоже на компьютерную графику.

— Интересно, почему на верхнем снимке эта самая аура зеленая, а на нижнем — красная? Какая лучше?

— Ей-богу, не знаю. Спроси у специалистов.

И она пошла к фотографу, не обращая внимания на небольшую очередь, тут же, впрочем, расступившуюся, — Виолетта всегда оказывала такое воздействие на мужскую часть населения; две женщины, затесавшиеся в толпу стремившихся запечатлеть свою ауру навечно, с интересом прислушивались к разговору.

Я же не смогла услышать, о чем Виолетта говорила с фотографом, молодым человеком в светлой рубашке с закатанными рукавами, тот настолько близко склонился к ее уху, что его слова до меня не долетали.