Спасибо, — поблагодарил я его. — А что, вам на нормальную кофеварку поскупились?

— Ха-ха, а ты смешной, — улыбнулся стоящий у стойки парень. — Не, так везёт только дневной смене. Они могут кофе в кафетерии брать, там, где его для всего персонала на нормальных машинах варят. А на нас, ночных трудягах, экономят.

— Ясненько, — пробормотал я, всё ещё чувствуя на себе подозрительный взгляд сидящего на диване охранника.

Где-то с полминуты я со скучающим выражением на лице ждал, пока мне нальют кофе, после чего…

Ещё в бытность своей «юности», когда я промышлял чисткой чужих карманов, запомнил две вещи.

Не важно, насколько ты ловкий и умелый. Всё зависит от обстановки и того факта, знаешь ли ты, где находится нужная для тебя вещь. И если со вторым проблемы не возникло, то вот с первым уже имелись проблемы.

А всё потому, что сидящий на диване мужик нет-нет да продолжал сверлить меня взглядом. Подозрительность штука такая, да. Она делает тебя внимательнее. А это мне сейчас ни к чему.

В такой ситуации единственный хороший метод отвести от себя нежелательное внимание — самому стать жертвой.

И желательно так, чтобы вызвать при этом сочувствие, дабы одна эмоция перекрыла другую, рассеивая и перенаправляя внимание на нечто другое.

Ох и неприятно же будет.

— Всё, держи, друг, — услышал я за своей спиной голос, но повернуться не торопился. По его эмоциям чувствовал, что он сделал шаг ко мне и…

И повернулся немного быстрее и позже, чем нужно было.

— Да что бы тебя, Лёня! — вскрикнул сидящий на диване Сергеич одновременно со мной.

— Прости, дружище…

— Сука, это же кипяток, — закипел я, абсолютно реалистично стряхивая жгучую жидкость с руки.

— Сейчас, погоди…

— Да на кой-чёрт ты ему полотенце суёшь! — рявкнул Сергеевич, вскочив с кресла. — Сунь его руку под холодную воду, идиот!

— А, да, сейчас, — полный сожаления от произошедшего в голосе заявил молодой и быстро открыл холодную воду на раковине. — Вот, давай сюда.

Морщась от боли, я сунул ошпаренную горячим кофе ладонь под струю холодной воды в раковине.

— Извини, просто ты так быстро повернулся…

— Да забей, — выдавил я, чувствуя облегчение, когда поток холодной воды начал студить ошпаренную кожу.

 — Сам виноват. Задумался. Говорю же…

— Вот, — пробухтел Сергеич, дав мне вынутый из морозилки пакет со льдом. — Приложи.

Кивком поблагодарил его."

"В общем, началась форменная неразбериха, где Леонид, явно находящийся в состоянии перманентной тревоги от произошедшего, пытался придумать, как загладить свою вину за случившееся, а Сергеич продолжал распекать его за неуклюжесть.

— Да нормально всё, — перебил я очередную его тираду. — Говорю же, сам виноват.

— Угу, — пробухтел охранник.