И потом, она никогда не накладывала так много макияжа. Подводка и тени были слишком густыми и отчетливыми. Она добавила румяна в тональную пудру на щеках и нарисовала губы ярко-красной помадой с влажным блеском.

Он обратил внимание, что на этот раз она не стала надевать ожерелье из набора с сережками – жемчуг, оправленный в золото, – гарнитур, который он подарил ей на прошлый день рождения. Не то чтобы ему казалось, что она нуждается в каких-то дополнительных украшениях. У Мириам была лебединая шея, плавно перетекавшая в женственно-округлые плечи – которые словно были вылеплены по размеру его ладоней, до того естественно они входили туда всякий раз, как он к ней приближался, чтобы привлечь и поцеловать.

Однако отсутствие ювелирных украшений добавило наготы и шее, и плечам, отчего вид у нее стал еще более соблазнительно-вызывающим.

Мириам сделала совершенно другую прическу: из тех, что в народе называют ""взрыв на макаронной фабрике"". Дикую, взлохмаченную и, вне сомнения, супермодную. Нет, он был не против нововведений, но это обтягивающее платье, в сочетании с ярким макияжем и прической, сразу снижали ее планку, придавали дешевый вид, делая похожей на уличную проститутку.

Да, в ней появилась какая-то новая чувственность, и это задело его: волновало и в то же время раздражало.

– В чем дело? Разве тебе не нравится, как я выгляжу?

– Ты смотришься... как-то совсем по-другому, – сказал он дипломатично, как мог.

Она снова повернулась к зеркалу:

– Да, а что? Сначала я думала лишь немного изменить имидж. Однако Норма и Джин считают, что я слишком консервативна. Чересчур традиционна. – Она рассмеялась. – Видел бы ты, как они передразнивают лонг-айлендских матрон: их гримасы и манеру говорить.

""Как, идет мне эта горжетка?"" – с характерным прононсом произнесла она, делая вид, что поправляет на шее лисий хвост, примеряя покупку в меховом салоне."

"– Я никогда не видел в тебе ""матрону"", дорогая. И никогда не считал тебя слишком консервативной. Ты всегда одевалась стильно и модно. Но только... неужели это платье и есть то, что носят дамы твоего возраста?

– Дамы моего возраста? Ну и выражение, Кевин, – она положила руки на бедра и состроила гримаску.

– Просто спросил. Может, я слишком зарылся в свои кодексы и уже не замечаю, что происходит вокруг.

– Думаю, мы оба перестали обращать внимание на то, что происходит вокруг.

– В самом деле?

Замечательно, подумал он. А ведь еще совсем недавно ему приходилось уговаривать ее изменить жизнь. Теперь же она представляет дело так, словно только он желал остаться в мирной гавани Лонг-Айленда.

– Так тебе не нравится, как я выгляжу? – спросила она, капризно надув губы.

– Я этого не говорил. Выглядишь ты потрясно. Просто теперь не знаю, можно ли тебя выпускать из дому.