Запах напитка, его цвет, странное поведение Алекса, когда он менял наши стаканчики, случайно перепутав. Даже выражение его лица и лихорадочный блеск в глазах меня сейчас настораживают.

Я понимаю, что не смогу выпить какао. И дело даже не в Алесе, вернее не совсем в нем. Может, у меня психологическая травма на фоне того случая на треке? Я до сих пор помню, как мне было стыдно перед Маратом в прошлый раз и как сильно я переживала, что переступила черту, пока он не разуверил меня в обратном. Мне даже кажется, что я прямо сейчас слышу его голос и эти зловещие слова.

«Самое главное ничего не пей»."

"Только вот как мне теперь выкрутиться из этой ситуации и не выставить себя круглой мнительной идиоткой. Идеи одна за другой начинают крутиться в подсознании, заставляя зажмуриться от напряжения.

- Слышишь? – выпаливаю первое, что приходит в голову. Убираю стакан от лица и округляю глаза якобы от испуга.

- Что? – хмурится, прислушиваясь, но при этом смотрит почему-то на мой стакан, а не на меня.

- Шаги, слышишь? Здесь кто-то есть, кроме нас, Алекс. Мне страшно.

- Рита, не выдумывай. Кто тут может ходить в такое время? – оглядывается по сторонам, а потом сгружает свой пакет вместе с какао на скамейку.

- Если хочешь, я могу пройтись вокруг и лично убедиться, что тебе показалось. А ты пока будешь сидеть на скамейке, пить какао и ждать меня.

Опять двадцать пять. Дался ему этот какао. Не хочу ничего пить, нужно придумать что-нибудь другое. Можно было бы вылить содержимое стакана на землю, но я не думаю, что Алекс уйдет настолько далеко, чтобы не заметить этого.

- Нет, не оставляй меня здесь одну, вокруг уже совсем стемнело. Может, лучше вернемся? Я заберу все с собой и съем в комнате, обещаю.

- Рита, а как же пообщаться? Мы же хотели…

Договорить он не успевает, потому что в этот момент я чувствую мощный толчок в спину и врезаюсь в Алекса. В итоге мой какао выпадает из рук, крышка отлетает в сторону, а весь напиток, к моему огромному облегчению, выливается на землю. Пирожное, которое я держала в руке, оказывается почти полностью размазанным по моей толстовке.

Оглядываюсь назад, но в темноте вижу только размытый силуэт человека в плаще с капюшоном на голове, который от нас стремительно убегает. Плащ темный, а кроссовки, наоборот, белые. Алекс пихает мне коробку с пирожными и резко срывается с места, чтобы догнать этого недоброжелателя. Мне оставаться здесь в такой час одной страшно, поэтому я поворачиваю к аллее и иду в сторону своего корпуса.

Захожу в комнату, а там как раз Лейла пьет чай. Ставлю коробку на стол и лезу на полку в поисках своей чашки.

- Откуда такая щедрость? – удивляется моя соседка, - я сегодня три раза ходила в кафе в надежде урвать хоть что-нибудь вкусненькое, мне сказали, что все закончилось.