Они снова зарекомендовали себя как отличные профессионалы. Если бы не косяк, допущенный архангелом…

– Ты, красавец, зубы-то не заговаривай, – мило улыбнулся Голос. – Может, мне и инквизиторов заодно в Рай взять? А что – люди тоже для меня старались, здоровье портили, пока угарным газом от еретиков дышали. Малинин и Калашников молодцы… но я устроил им отличный финал. Малинин наконец-то получил персональную любовную линию, пусть и с падшим ангелом. Калашников спасёт Алевтину, и наступит хэппи-энд.

– О да, – не удержался от сарказма Шеф. – Ведь на всё твоя воля?

– Именно так, – подтвердил Голос. – А сейчас я тебя оставлю. В Софрино съезжу, на фабрику икон – прикольно глянуть, как меня рисуют. Явлюсь паре министров перед сном, пусть не спят неделю. Хотелось бы ещё сотворить чудо – устроить в Москве день без пробок, но тогда меня в Рай не отпустят.

Шеф не двинулся с места, выжидательно зажав в пальцах чашку.

– Ты чего это? – с подозрением спросил Голос.

– Ничего, – ответил Шеф. – Мне любопытно, откуда ты деньги достанешь. Тебе же теоретически нельзя прикасаться перстами к презренному металлу, равно как и к презренной бумаге. Ну, и к презренным ракушкам каури в Папуа-Новой Гвинее, каковые у туземцев служат средством расчёта…

Голос молча потёр палец.

На столе появилась смятая бумажка достоинством в тысячу рублей.

– Как видишь, всё куда проще, – сказал Голос. – Ещё вопросы?

Шеф дунул на банкноту – она вспыхнула и обратилась в пепел.

– Я угощаю, – со скучающим видом сообщил князь тьмы.

– Не принимается, – усмехнулся Голос. – Тогда – каждый за себя.

Они дружно поднялись из-за стола. И разошлись – в разные стороны…

Официант протёр глаза дрожащими руками. Громко икнув, ринулся в закуток для начальства, где скучал в кресле менеджеруправляющий.

– Вася, тут такое дело, – взмолился официант. – Отпусти меня сегодня домой, а? Переработал. Хрен знает, что видится. Сидят два мужика, пьют «мохито» и кофе. Потом бац – на блюдце, вот не вру! – появляются из воздуха деньги. Один дунул – и они сгорели. Мне, Вась, отдохнуть надо. С ума схожу.

– Смена кончится – отдохнёшь, – злобно сообщил менеджер. – Заменить тебя некому. Иди на кухню, умойся, и вкалывай давай. Ещё десять часов осталось!

Работник кафе вразвалочку удалился, продолжая тереть глаза.

«Чего только люди не придумают, лишь бы с работы слинять, – подумал менеджер. – В следующий раз парень скажет, что это были Бог и Дьявол».

…С кухни донеслось блеяние – до странности похожее на козлиное…

Эпилог"

"…Небхепрура спешил. Пожилой тридцатилетний мужчина, очень высокий – примерно метр пятьдесят ростом, – с холёной мертвенно-бледной кожей, стрижеными седыми волосами, крайне богобоязненный.