Видимо, Логинов по своим каналам узнал о произошедшем и подался в бега… Впрочем, у барыги могла сработать чуйка, и не удивительно, почти двадцать лет в этом бизнесе, вот интуиция выработалась не хуже, чем у старой крысы. Еще и ветер не задул, а она уже знает, что судно пойдет ко дну».

Впрочем, эмоции редко занимали сознание Ремизова; их, как правило, быстро вытеснял трезвый расчет, состоящий из негативной стороны, позитивной и разницы: чего в этой ситуации больше — хорошего или плохого. И соответственно действовать.

«Конечно, нехорошо, что этот хренов строительный олигарх сбежал в страну гномов и шоколада.

Нехорошо, но не смертельно. Акции банка оформлены на предъявителя и лежат в надежном месте. Даже если всю логиновскую богадельню накроет Управление по борьбе с незаконным оборотом наркотиков, я остаюсь в стороне белым и пушистым. И ничего не может бросить на мою репутацию тень… за исключением…»

Затянувшись облегченной сигаретой, замминистра еще раз прокрутил в мозгу все звенья сложившейся цепочки событий и обстоятельств. Схема получилась идентичной биллиардной: чтобы загнать шар в лузу, бить нужно только из одного положения, и никак иначе.

Снова схватив телефон, генерал позвонил Паганцу.

— Так что у тебя приключилось, Анатолий Петрович?

— Со мной, Виталий Сергеевич, связались твои хлопцы. Они выполнили приказ, сейчас находятся на одном из островов в Андаманском море, — четко по-военному доложил бывший начальник Малашевского РОВД.

— Далеко от тебя этот остров?

— Примерно восемнадцать — двадцать часов ходу.

— Хорошо. Сколько их на острове?

— Сказали двое, остальные остались в… — начал вдаваться в подробности Паганец, но замминистра его грубо оборвал.

По его подсчетам, это был оптимальный вариант; при выполнении задания подобного типа процент потерь, как правило, зашкаливает за половину.

— Двое — это хорошо. Сейчас же направляешься за ними. Завтра берешь на борт, по пути в Бангкок скормишь рыбам. Понял?

— Я не смогу, — вдруг заартачился отставник. — Это не мой профиль.

— Профиль?! — взревел Ремизов. — Ты, наверное, уже забыл, за какие деньги ты осел в своем тропическом раю? И сколько жмуров твои костоломы в окрестностях рудника прикопали. Изумруды должны быть в твоих руках не зелеными, а красными от крови.

В общем, так, чистоплюй: не исполнишь то, что я приказал, тебя самого исполнят.

С этими словами генерал отключился.

Анатолий Петрович несколько минут сидел, уставившись неподвижным взглядом в иллюминатор. Потом отшвырнул спутниковый телефон и громко выругался:

— Скотина такая, изумрудами он меня попрекает! А кому я отдавал честную долю? Не ему? Сволочь…

Как Паганец ни злился и ни кричал, а выполнять приказ нужно. Виталий Сергеевич никогда не разбрасывался угрозами.