Ружья большого впечатления не произвели. Были они длиной два метра, весили двадцать килограммов, а лобовая броня даже средних танков «Т 3» уже достигала 40–50 миллиметров. Все же это была существенная помощь. В немецких частях находилось довольно много чешских машин «Т 35» и «Т 38», которые удачным выстрелом можно было подбить метров за триста.

– Только подпустят ли они на триста метров? – сразу возникал вопрос. – Танк это ружье издалека заметит и первым же снарядом вместе с расчетом разнесет."

"За новое оружие вступился лейтенант Краев.

– Гранату за двадцать метров бросать приходится.

А если позицию замаскировать, то и «Т 3» и чешские недомерки можно бить метров за двести. Особенно чешские танки.

– Бронетранспортеры за полкилометра подстеречь сможем, – поддержал Краева Иван Коржак. – У них броня толщиной всего сантиметра полтора. А то на шею садятся, когда артиллерии поблизости нет.

Пришел посмотреть на новое оружие командир «сорокапятки» Роман Семенюк. Долго разглядывал «ПТР», подвигал затвор и даже выпустил с разрешения Краева две пули. Отдача буквально отбрасывала старшего сержанта, но стрелял он метко.

Одной пулей пробил навылет щит пушки, а второй просадил насквозь шпалу, перегораживавшую дорогу.

– Ну как, Роман Николаевич? – спрашивали его.

Сворачивая самокрутку, старый артиллерист неопределенно заметил:

– От бедности нашей против волков и дубинка сгодится.

– Это почему от бедности? – напыжился парторг. – В Красной армии оружия хватает.

– Хватает… голов бы умных побольше.

– На меня, что ли, намекаешь? – перестал пыжиться и побагровел парторг, выходец из партактива, исполнявший обязанности политрука.

 – Я тоже учебные курсы закончил, в оружии не хуже тебя разбираюсь.

На самом деле в военных вопросах он смыслил мало. В отличие от Василия Клочкова в бою вперед не лез. Да и вообще старался поменьше бывать на переднем крае.

– На небольшом расстоянии эта штука сгодится, – обратился старший сержант к командиру роты. – Только для каждого ружья минимум две запасные позиции иметь надо. И обрати, Андрей, внимание. Дульный тормоз при выстрелах снег облаком разбрасывает. Очищайте площадку или сразу меняйте место. Фрицы наверняка обратят внимание.

Седьмое ноября прошло, в общем, как обычный день. Немцы «поздравили» батальон полусотней мин, к вечеру выпустили десятка два гаубичных снарядов. Один боец погиб, двое были ранены. Наши батареи тоже дали в ответ несколько залпов.

Тимофей Савенко, разозлившись, долго лежал в засаде. Немцы, словно чуя опасность, не высовывались. Блестели только линзы стереотрубы. Сержант хотел со злости размолотить стереотрубу, но зашевелился пулеметчик, и Тимофей насторожился.

Немец дал одну, другую очередь.