Самостоятельно, перед декламацией, как выяснилось, Пушкина. Марина согласилась, тем более, мороженое теперь всегда было в морозильной камере. Кася деловито принялся за приготовление, а Дема увлек Марину в гостиную. Видимо, для разговора про брекеты.

***— Вы с батей сильно поругались?

Издалека заход на брекеты, однако. Марина взяла паузу, прежде чем ответить.

— А с чего ты… это решил?

— Батя ревет, как хряк, которому течную свинью не дают.

Марина от неожиданности закашлялась. Как же она забыла, что мальчики большую часть своей жизни провели в деревине? Но сравнение образное, этого не отнять.

— А ты плакала, — продолжил Демьян.

— Я не плакала!

— Значит, собираешься.

И что ей делать вот с этой мудростью пятнадцатилетнего?

— Марин… Ну, Марина, скажи мне, что случилось? Вы поругались, да?

Она вздохнула.

— Ты упрямый.

— Баушка говорит — упертый. Так из-за чего вы поругались? Из-за… нас? Из-за меня с Касей?

Это что еще за фантазии?!

— А это ты с чего решил?! Как мы могли из-за вас поссориться?!

— Ну мало ли… — Марина наблюдала, как знакомо и упрямо склонилась темноволосая макушка. — Может, мы мешаем тебе. Ходим постоянно. Объедаем тебя. Может, ты это… бате сказала, чтобы мы к тебе не ходили. Так ты мне скажи. Мы ходить не будем и мешать не будем.

Да что же это такое… Да как тебе такое только в голову пришло?! Что значит — ходить не будем?!

Не думая, что делает, Марина порывисто обняла Дему, прижала к себе. А этот упертый и своенравный подросток обнял Марину за спину.

Так, главное, не разреветься!

— Да как вы можете мешать? Демьян, ты чего? Мы же с тобой вообще… эти… подельники… соучастники!

Дема хмыкнул.

— Я завязал с уголовкой. Мне одна умная женщина отсоветовала.

Марина не удержалась, приподнялась, дотянулась — и от чувств чмокнула в темноволосую макушку. Хотя, судя по всему, скоро она до этой макушки доставать будет только в прыжке.

В этот момент в комнату заглянул Кася. Округлел глазами от увиденной картины. Дема подскочил, замахал руками на младшего брата.

— Иди пока, иди!

— Так коктейль готов.

— Иди, говорю, на кухню! Посуду помой. Стих повтори!

Выпроводив брата, Демьян снова вернулся на диван, к Марине.

— Значит, не из-за нас?

— Не из-за вас. Если вы перестанете ко мне ходить, я… мне будет очень грустно.

Но Демьяна с толку сбить не так-то просто.

— Он тебя обидел?

Марина снова взяла паузу.

Как ответить на этот простой вопрос. Обидел? Да. Вдруг захотелось не то, что сказать — прокричать это «Да». И все-таки, наконец, расплакаться. Потому что, оказывается, когда ты узнаешь, что ждешь ребенка — очень важно, чтобы это была радость на двоих. Ведь вас двое — тех, кто причастен к этому чуду. И радость очень хочется разделить.