Бороду седую приклеил – вот тебе и старый пенек.

Выехал в ночь. Вернее, глубокой ночью, чтобы никто не мог увидеть, как я выезжаю. Но даже если и увидели – что именно? Что выехала «Волга» Зины? Ну и что?

Дорога не оставила особых впечатлений. Впрочем, какие впечатления будут от вырванного пучком света фар куска серого асфальта? Маршрут я наметил заранее и ехал по табличкам с названиями населенных пунктов. На заправки не заезжал – в багажнике лежали пять канистр с бензином, которые я заранее заготовил, так что до самого места назначения бензина мне хватило с лихвой. Тем более что ехал я не быстро: сотня – это максимум. Двигатель «Волги» низкооборотистый, он не любит высоких скоростей. Да ночью и не погоняешь, тем более на такой убогой машине. Это тебе не «Мерседес». У «Волги» на «стиральной доске» зад уводит в сторону! Жесткая подвеска на рессорах – опасная штука. Так однажды разбился на «Волге» Саратовский патриарх – в девяностые. Его водитель, молодой парнишка, вылетел на скорости на «стиральную доску», и машину повело. Оба погибли.

Перед выездом машину загнал в таксопарк – договорился с начальником колонны за коньяк и пару пачек «Мальборо». Слесарям дал денег и тоже по «Мальборо», они были очень, очень довольны. Всю машину проверили, прошприцевали рулевую и мосты, сменили масло, свечи, проверили колеса, зажигание – в общем, сделали все, чтобы машина дошла туда, куда я хочу, и само собой, главное, – вернулась обратно.

Я помнил, где находится клуб «Чергид». Знал его адрес – все это имелось в открытых источниках, в Интернете. В том, в моем времени. Заранее, еще за городом, переоделся, нацепил парик, приклеил бороду и усы. Сменил у машины номера – пусть меня простит неизвестный мужик, оставивший свой «Москвич» на улице, на окраине Москвы, – я снял эти номера, и теперь они висели на моей «Волге».

«Волгу» я оставил за два квартала от клуба, в тихом, пыльном переулке. До клуба дошел не спеша, нарочито прихрамывая и опираясь на палочку. Доступ в клуб был свободным – дверь открыта. Время послеобеденное, дети сейчас как раз должны быть дома, обедать, ну и потом, вечером, отправиться по своим делам – в секции, в клубы. В том числе и в «Чергид», где директором был «очень хороший человек» Сливко Анатолий Емельянович. Их Учитель. Их Наставник.

Он был у себя в кабинете – молодой, крепкий, плечистый мужчина с приятным открытым лицом. Увидев меня, спросил:

– Вы что-то хотели?

Я огляделся, убедился, что никого вокруг нет, прикрыл дверь кабинета и защелкнул замок. Меня слегка потряхивало от адреналина, да и немудрено, ведь я собирался совершить убийство.

– Мне нужен ключ от комнаты с надписью «Не влезай – убьет!».