Тебе же известно, есть договор о ненападении. Так вот. Если Советский союз объявит, к примеру, всеобщую мобилизацию, это фактически будет приравнено к официальному началу войны и даст Германии возможность превентивного удара. В данном случае, мы, выходит, агрессоры. Не говорю уж про первый решительный шаг с нашей стороны. Соответственно, Япония, имеющая с Германией свой договор, автоматически объявляет войну нам. А это — одновременно два фронта. Не считая того, что позиция агрессора лишит Советский Союз поддержки других стран. И вот что выходит, Иваныч. Британия — окопалась на полуострове. После разгрома Франции, они быстро свои войска убрали с опасной территории. Как бы Гитлер не старался, «вскрыть» англичан, но они в выгодной позиции, благодаря расположению своего государства. А вот Британии наш конфликт в Германией — самый предпочтительный вариант. Столкнуть лбами Советский Союз и Вермахт — избавит себя от нападения. Очень большой поток дезинформации. По одним данным вторжение произойдет скоро. По другим — после разгрома Британии. В то же время, есть человек. Надёжный. Проверенный чекист. Так вот его крайнее донесение однозначно говорит, к 15 мая Германия будет готова выступить против нас. Предположительно, со стороны Западного округа. Человек этот уверен в своих данных. Но мы не уверены до конца. Да, военная машина Вермахта набирает обороты. Однако… товарищ Сталин считает, что Гитлер не посмеет нарушить договор. Кроме того, нет данных о подготовке к зимней компании. Отсутствуют закупки овчины, например. Они есть, вернее. Но в обычных объемах. Понимаешь?

Я кивнул, хотя в голове прокручивал школьную программу. Конечно, на кой черт им овчина, если план Германии — блицкриг, молниеносная и быстрая война. По задумке Гитлера, к осени они уже выйдут к Архангельску. Но сказать то это вслух не могу. Как и то, что подготовка Германии к вторжению в Великобританию — чистая фикция.

— Мы считаем, Гитлер несомненно нападет. Сначала будет вторжение, а потом объявление войны. Но после разгрома Англии. И товарищ Сталин, кстати, главным врагом назначил Черчиля. Понимаешь?"

"Я снова кивнул. Понимаю. Как не понять-то. Берия мне сейчас очень недвусмысленно намекает на ошибочное поведение генсека. Только что в лоб не говорит. Слишком, мол, товарищ Сталин поверил в значимость своего слова. Даже врага назначил сам. Не допускает мысли, что может быть иначе. Все донесения считает происками британской разведки, которая заинтересована в войне между Германией и Советским Союзом.

— Тут ещё видишь какое дело… Иосиф Виссарионович сильно недолюбливает разведку. По его разумению люди, которые «там» без контроля, способны работать на два, а то и три фронта. Тем более, когда информация постоянно разнится.