Я захотела сказать ""Хорошо"", но меня хватило только на то, чтобы облизнув губы, кивнуть.

— Лера была женщиной Олега, — сказал Яков. — Не моей. У неё не было родни, и её друзей я не знал. Подозреваю, впрочем, что друзья у неё отсутствовали. Приятельницы с губками ""уточкой"" не в счёт. Поэтому замять её исчезновение Олегу, несмотря на слухи, было довольно просто. А у полиции, насколько я знаю, претензий к нему нет. С его статусом, будь что неладно, либо все бы замолчали разом, либо вышел бы крупный скандал. И второе скорее — потому что для журналистов такая новость об Олеге была бы неплохой карьерной ступенькой — она наделала бы шума. Но важнее другое. Лера в нашу последнюю с ней встречу ясно дала мне понять — в который раз, только жёстче обычного, что хочет, чтобы я оставил её в покое. Не потому, что я досаждал. Я не досаждал. А потому что я был для неё искушением, как она это обозначала. А у неё для того, чтобы прекратить наше общение, появился серьёзный повод. И она попросила, чтобы я вообще исчез из её жизни. Я пообещал и сделал это. Пообещал не лезть к ней, если она сама не проявит инициативу. Так что я просто сдержал слово. Не лез в её жизнь. Тебе это ясно?

— Да, — тихо ответила я.

Мы помолчали.

— У меня кое-что не сходится… — осторожно произнесла я.

— Что?

— Вы знали, что она умерла? Или нет?

— Да. Знал.

— Тогда почему… почему так… бурно отреагировали, когда я сказала, что она… в могиле? Почему вообще, простите, поверили, что я — это она?

Олег тяжело вздохнул."

"— Потому что я сомневался в этом, — устало произнёс он. — Потому вам и удалось меня провести. Впрочем, в первую очередь из-за твоей схожести с Лерой. О том, что она умерла, я узнал именно от брата. Это было больше года назад. Он сообщил мне об этом в телефонном разговоре. Мы тогда в очередной раз натянуто пообщались, и я упомянул Леру. В качестве упрёка ему. Точно не помню, но сказал что-то о том, что с ним она не сможет быть счастливой. Олег тогда мне и сообщил о том, что она умерла и он тихо похоронил её в узком кругу знакомых. Это было больно и страшно, я опешил и, признаюсь, не поверил ему. Он усмехнулся, помню, и сказал, что не удивлён моей реакции. Мы тогда вконец разругались и больше до недавнего времени не общались. Поскольку в том разговоре с ним я засомневался в её смерти, он прислал мне ссылку на некролог в местной газете с крохотным тиражом. Ходили разные слухи, кто-то верил, кто-то нет, а Олег всячески избегал этой темы, в том числе во время общения с прессой. И я решил, что они, возможно, и скорее всего с его подачи, инсценировали её смерть, чтобы удалить её из общественной жизни, потому что после выкидыша Лера стала вести себя на публике неадекватно, а это вредило его карьере.

Он потёр пальцами переносицу.