— И что же мне теперь с тобой делать, скажи? Эту ночь я ведь тоже уже оплатил.

Я закусила губу и невольно потупилась.

— Не могу сказать, что я стал тебя меньше хотеть, — продолжил Яков. — Скорее, даже наоборот. Ты очень возбуждаешь меня.

Наверное, я опьянела сильнее, чем мне изначально казалось.

— Почему? — с вызовом в голосе спросила я. — Я же не Лера.

— Хороший вопрос, — нахмурился Яков. — Но, возможно, как раз именно поэтому. Ты знаешь, как мы с ней познакомились?

Я пожала плечами:

— Я ничего не знаю о вас, кроме того, что вы мне уже сказали. И тем более я ничего не знаю о ваших с ней отношениях.

— У нас не было отношений, — сказал Яков. — Я просто её любил.

— Любили? — удивилась я. — Мне показалось, что вы её и сейчас любите.

Яков покачал головой.

— Так было бы, — сухо сказал он, — если бы ты была Лерой. Но похоже, что Олег соврал мне недавно, а не тогда. А тогда, когда поползли слухи — сказал правду.

— Не понимаю, о чём вы.

— Может и так. А может и понимаешь. А я ведь действительно поверил ему… Хотел поверить и поверил. А ты — не она. Теперь, когда ты заговорила, мне понятно это очень хорошо. Сразу стало понятно. Потому ты и молчала. К тому же у неё был другой темперамент и я очень слабо представляю себе такую эмоциональную речь из её уст. Уж не знаю, для чего ты её толкнула, но она произвела на меня впечатление. Ещё бы не произвела, когда ты затронула целый ряд знакомых нам обоим событий… Весьма интересный спич, да… Только вот интонации другие. И у тебя говор, что ли… Другая манера говорить… Да всё другое… Кроме внешности и движений… Охренеть… Всё-таки ты очень неплохая актриса…

— Я не актриса, — возразила я.

— Да-да, — внимательно разглядывая моё лицо, задумчиво проговорил Яков. — Да-да. То есть ты хочешь убедить меня в том, что слухи о самоубийстве Леры — правда? Она действительно покончила с собой?

— А почему вы этого не знаете? — поразилась я. — Если вы так сильно любили её, как давали мне понять этими, — я горько усмехнулась, — жаркими ночами, то как же так могло получиться, что вы не знаете о её судьбе?

Он холодно уставился на меня. Я заметила, как играют желваки на его щеках. Взгляд красивых глаз был холоден и я испугалась.

— Простите, я наверное, позволила себе лишнее… — пробормотала я, подтянув на себя одеяло.

— Да, пожалуй, — ледяным тоном ответил Яков. — Но я тебе отвечу. Раз уж мы стали так близки.

— Вы можете не… — хотела было возразить я, но он перебил:

— Помолчи и послушай. Ты даже не представляешь, куда ты влезла, дурёха, если дела обстоят именно так, как ты мне их описала.

Когда я услышала это, по моей спине пробежал неприятный холодок. Но лицо Якова, хоть и производило теперь впечатление отчуждённости, всё же не выглядело злым.