– Михалыч, ты лучше зацени, какая красота у человека нашлась! Такой и пырнуть приятно. Зековская работа, что скажешь?

Это была не финка, как показалось мне в прошлый раз, а самодельный кухонный нож с клинком в половину локтя длиной и рукоятью, склеенной из полосок оргстекла, а не набранной из его кружков.

Михалыч только глянул на нож и сразу покачал головой.

– Не, такие на заводах слесаря мастрячат.

Пленник вдруг дёрнулся всем телом, мотнул головой и выдал матерную тираду, на удивление складно и почти без запинок. Денис сунул в его разинутый рот скомканную ветошь и похлопал по щеке.

– Погоди, дружок. Наговоришься ещё.

Смотреть Федя в таком положении мог только в пол, и всё же я встал так, чтобы не маячить перед глазами, если он вдруг сумеет поднять голову."

"– Пижон! – выдал Михалыч, перехватил удивлённый взгляд подельника и скривился. – Да не он пижон, а ты! Разложили бы как в прошлый раз, но нет – подвесил!

– Так со всех сторон паяльной лампой обработать можно, – как-то очень уж буднично пояснил Денис и спросил: – Сергей, а ты куда собрался?

Я собирался свалить через задний забор, который ещё так и не затянули колючей проволокой, но делиться своими планами по понятным причинам не стал, вместо этого указал на дверь в подсобные помещения.

– Отлить схожу.

– Ещё чего! – возмутился Михалыч. – Не гадь, где живёшь! У гаража толчок, туда иди.

Ни гараж, ни туалет меня не интересовали, да тут ещё от дороги донёсся автомобильный гудок. Сторож двинулся было открыть ворота, но сразу обернулся и бросил ружьё Денису. Тот перехватил помповик одной рукой и закинул его себе на плечо, после глянул на меня с прищуром.

– Ты ведь уже и сам понял, к чему всё идёт, так? Он нам, – кивок в сторону заики, – так или иначе всё расскажет, потом его надо будет кончить. Либо ты сделаешь это, либо составишь ему компанию. Такой расклад.

– Чего это? – сипло выдавил я.

– Целку из себя не строй! – потребовал Денис. – Ты слишком глубоко в наши дела влез, чтобы чистеньким оставаться. Заодно и должок отработаешь. И не смотри на меня так, он бы тебя не пожалел.

– Не пожалел бы, – согласился я, лихорадочно просчитывая варианты, но вариантов не оставалось: меня загнали в угол, и апеллировать к Мальцеву не имело смысла, он и загнал.

Зараза! Словно в фильме про войну оказался! В сцене с концлагерем, где или ты комиссара расстреляешь, или сам с ним к стенке встанешь. И плевать, что Федя-заика той ещё мразью должен быть, раз в похищении участвовать согласился, сам-то я себя не на помойке нашёл!

И что делать? Меня ведь точно рядом с Федей прикопают, если убить его откажусь. А убью – и окажусь на скамейке подсудимых вместе с остальными, когда эту шайку-лейку под арест отправят. Убийство никакая бумажка о сотрудничестве со следствием не спишет.