Стас поздоровался со знакомыми и пошёл дальше; мы – за ним. В следующей комнате не было никакой мебели, на матрацах валялись в забытье худая будто щепка девчонка и долговязый тип неопределённого возраста. Обои пестрели пятнами рвоты и крови, хватало мерзкого на вид мусора и на полу."

"Под ногой хрустнул пластиковый шприц, я выругался и поспешил за одноклассником, который уже зашёл в дальнюю комнату. В ней оказалось не так загажено и даже сохранилась кое-какая мебель, да и пахло не блевотиной, а травкой, но мы с Андреем садиться на продавленный и прожжённый окурками диван не стали; отчасти из брезгливости, отчасти из опасения наткнуться на какую-нибудь иглу. Очень уж неприятные ощущения испытал, раздавив кроссовкой шприц.

Помимо дивана в комнате стояло два кресла: в одном развалился обдолбанный парень в спортивном костюме, во втором сидел худой мужик с желтовато-бледной кожей, казавшейся ещё белее на контрасте с чёрной рубашкой, в расстёгнутом вороте которой солидно поблескивала золотом массивная цепь. Он поднял на Стаса взгляд мутных глаз и медленно, растягивая слова, процедил:

– Чё пришёл?

Рыжов достал полученную от меня купюру, расправил её и подёргал в разные стороны.

– Зырь!

– На троих мало!

– Да не, – усмехнулся Стас. – Они Карбида ищут. Он им денег должен.

Худой заторможенно потянулся за коробкой, сунул в рот папиросу, прикурил и лишь после этого обратил своё внимание на нас. Уж не знаю, что за мысли ворочались в его башке, но смотрел он долго, потом сказал:

– Карбид с выходных не появлялся. Последний раз при лавэ был.

– А им не отдал, – вставил Рыжов и нервно почесался. – Не знаешь, где он мог денег надыбать?

– Без понятия, – пожал плечами мужик и протянул руку. – Сотку гони!

Стас отдал купюру, выудил из лежавшей на столе коробки папиросу и повернулся к нам.

– Ну как-то так, пацаны…

Но я так легко отступаться не собирался и взял инициативу в свои руки.

– Уважаемый, а Карбид никого с собой не приводил?

На толковый ответ не рассчитывал, просто хотел завязать разговор, но худой неожиданно поднял к потолку указательный палец.

– Приводить – не приводил, а вот его самого подвозили. И не «бомбила» левый, Карбид в тот раз долго о чём-то с водилой тёр. Потом с нами рассчитался, все долги закрыл.

– Что за тачка была? – заинтересовался я.

И тут неожиданно отмер обдолбанный тип в кресле.

– А чё за вопросы странные? Вы мусорские, што ле? – прогундосил он, сверкнув золотым зубом, а после упёрся ладонями в подлокотники и начал вставать.

Дюша положил ему на лоб раскрытую ладонь и толчком усадил обратно.

– Да нормальные это пацаны, вы чего, в натуре? У Андрюхи с Графом всё чики-пуки! Вы же Графа знаете! – засуетился Стас.