— Тяжело мне с тобой разговаривать, Лазарчук! Можно подумать, что ты капитан не милиции, а дальнего плавания, такие у тебя дикие эротические фантазии! С чего бы это?

— Так ведь трое суток в ИВР, сугубо мужское общество и никакой личной жизни, — пожаловался Серега.

— Ой, я и забыла, что тебя арестовывали! — воскликнула я. — Извини. Так ты звонишь в надежде наладить личную жизнь? Небось не можешь забыть, как Ирка с тебя штаны спустила?

Я снова засмеялась.

— Штаны спустить надо с тебя и твоей Ирки, — разозлился капитан. — И выпороть как следует, чтобы не устраивали дурацких представлений!

— Это было вовсе не дурацкое представление, а следственный эксперимент, — не согласилась я. — Мы хотели проверить, не ты ли пытался запретить мне совать нос в чужие дела. К счастью, эксперимент доказал твою невиновность, это был не ты.

— Не я, но с удовольствием присоединяюсь к тем, кто стремится ограничить твою разведдеятельность, — проворчал Лазарчук. — Хотя сейчас я заинтересован в том, чтобы ты поделилась со мной информацией, потому что очень хочу найти настоящего убийцу. Значит, так. Сиди на этой своей лавочке и жди, я сейчас приеду, и ты мне расскажешь все, что тебе известно о смерти Галки, в убийстве которой подозревают меня. Уверен, что ты, несмотря на все запреты, роешь землю копытом, как боевой конь при звуках трубы!

— Ах, как поэтично! — съязвила я. — Можешь не приезжать, потому что о смерти Галки мне как раз ничего не известно! Вот если бы ты спросил меня об убийстве Желтикова или Титоренко, я бы, так и быть, могла поделиться с тобой информацией. Да, еще могу про гибель Фани рассказать.

— А кто все эти люди? — изумился приятель. — Я что-то пропустил, в мое отсутствие грохнули кого-то еще?

— Ты склеротик! — возмутилась я. — Дима Желтиков — это тот парень, которого ухлопали самым первым, на моем балконе, ты же приезжал к нам той ночью и видел труп!

— Видел, но не был ему представлен, — пробормотал капитан.

— А Аделаида Титоренко — это мать того трупа, тоже покойница. А Фаня — вообще не человек, она арлекиновый аспид и непосредственная исполнительница убийства Ады. Тебе ясно?

— Не стал бы этого утверждать.

— Слушай, Лазарчук, если ты хочешь помочь мне в расследовании, лучше узнай по своим каналам, кто такой Вадим Сергеевич Титоренко, пятьдесят третьего года рождения! — рассердилась я. — Он у меня один из главных подозреваемых, а я о нем ничего не знаю.

— А кто еще числится в главных подозреваемых? — поинтересовался капитан. — Надеюсь, меня там нет?

— Тебя нет, — согласилась я. — Ты бы не мог убить Диму, где уж тебе!

— Почему это? — обиделся Лазарчук.

— Потому что ты косолапый! — мстительно объявила я.