— А надо моими словами все же подумай.

Я возвращаюсь домой на такси, едва не свихнувшись от бесконечного трепа водителя, который как назло оказался фанатом авторалли и узнал меня даже несмотря на натянутую по глаза бейсболку. Кажется, и правда пора завязывать играть улыбчивого имбецила на публике и начать открыто слать на хер всех неугодных. Чемпион мира я или нет?

Захожу в одинокую пустоту гостиной и обнаруживаю притаившуюся на диване Мисс Барашкис.

— Ваш сын уснул, мистер Гаррисон, — блеет дрожащим голосом, вскакивая на копытца. — Вам нужно что-то еще или я могу идти?

— Идите. — машу рукой. На хрена я вообще ее нанял, если она меня даже в темноте бесит.

Барашкис, цокая пятками так быстро улепетывает к выходу, словно не может поверить, что вышла из моего дома живой. Оставшись один, откидываюсь на диван и несколько минут таращусь в глухой экран телевизора, после чего достаю трубку и звоню своему Тедди, своему бывшему вагинопоставщику, на котором в виду моей свалившейся эректильной моногамии остались лишь скромные обязанности агента.

— Тедди, Спорте Анлимитед все еще хотят интервью со мной?

Не дослушав эмоциональное повествование о том, как хотят и не только они, прошу Тедди заткнуться и резюмирую:

— Скажи, что я готов. — И чтобы уберечь уши от его радостного верещания, вешаю трубку.

28

Аврора

— За начало учебы! — радостно восклицает Тэмми, ударяясь бокалом вина о мой увесистый стакан с пивом.

Бормочу «угу» и делаю затяжной глоток. Все-таки этот Гиннес ужасное пойло. Молочный коктейль со взбитыми сливками пришелся бы мне по душе гораздо больше, но мне вроде как двадцать два, на часах девять вечера, и мы тут начало учебы отмечаем. Значит, буду давиться.

— Как поживает тот симпатичный блондин, который за тобой ухаживал? Кэйси, кажется?

Последние две недели Тэмми только и делает, что спрашивает меня про каждого парня, когда-либо обратившего на меня внимание, а так как девчонка я хоть куда, отвечать приходится много, и мне это порядком поднадоело. Разумеется, подруге я об этом не скажу, потому что знаю, что подобное занудство продиктовано исключительным беспокойством обо мне. Так Тэмми деликатно напоминает, что в моей жизни есть куча парней помимо звездули, готовых осчастливить меня дозой заботы и тестостерона. Жаль, что нельзя нажатием кнопки стереть человека из памяти, а то обязательно обзавелась бы черным костюмом и говорящим мопсом.

— Эй, — Тэмми сочувственно круглит глаза и гладит мою руку как любимого хомяка. — Одного не пойму — если ты так страдаешь, почему не ответила на его сообщение.

— Потому что я оскорбленная влюбленная женщина с четвертинкой мозга. Мои поступки не поддаются логике. — и в подтверждение своих слов осушаю половину содержимого стакана и морщусь.