К тому же, уже достаточно хорошо зная ее характер, я подозревал, что это заставит ее еще больше напрягаться в моем присутствии от ожидания подвоха."

"— Так что, тебе это неинтересно? — насмешливо поторопил этот шут, отлично понимая, что уже меня зацепил. — Тогда спокойной ночи, друг! Пойду к Катюше, составлю ей приятную компанию, а то больно много тут перцев слюни на нее распускают. Потом, пожалуй, приглашу девочку в…

— Заткнись, — угрюмо бросил я. — С Данилычем я утром переговорю… по душам. А ты присматривай за Катей, раз уже там, и в случае чего маякни. За мной должок.

— Так точно, капитан Очевидность! — козырнул Боярка и отключился.

Снова заваливаться спать уже не имело смысла. После бояркиных новостей меня распирало желание не дрыхнуть, а скорее действовать. Например, рвануть в чертов ночной клуб, найти Катю и…

И дальше возникал вопрос.

Запретить ей работать? Посулить кучу денег? Предложить отношения?

Последний вариант особенно устраивал, вот только всю последнюю неделю меня преследовали слова Боярки. Раздражали и злили, не давая свободы действиям. Потому что, как ни крути, они будоражили мою совесть… обычно вполне толерантную к условностям общества.

«…ты сам-то ведь до сих пор женат, а Катюша очень правильная девочка. Это ты понимаешь?»

Да, женат. И что? Этот штамп в паспорте давно уже ничего не значит — по крайней мере, для меня…

И всe же, встречая Катю иногда в коридорах ресторанного комплекса и глядя в ее красивые ясные глаза, я осознавал, что так легко факт чужого штампа она не воспримет. А Боярка знал, куда бить…

Вчера я окончательно понял, что внутренний конфликт задолбал меня в край. Причем настолько, что я позвонил Ангелине и уведомил ее, что подам на развод. Телефон был отключен, но меня это даже порадовало. Идеальная схема общения с такими истеричками, как она. Оставил сообщение через голосовую почту и до свидания…

Серость раннего утра я встретил на кухне, цедя третью чашку чёрного кофе и глядя в светлеющее окно. Домработница Люся вошла, позeвывая с завыванием, включила свет и тут же ахнула.

— Артeм Александрович, вы чего тут в темноте..? Уф, напугали-то как! Щас я завтрак вам быстренько…

— Не надо, — поморщился я. — Нет аппетита. Позже что-нибудь перехвачу.

Люся выдала несколько умеренных причитаний и переключилась на завтрак для Кости. Она работала у меня уже так давно, что я воспринимал ее больше как дальнюю родственницу, чем домработницу.

Мобильник на широком белоснежном подоконнике зажужжал и активно пополз к краю. Я успел перехватить его раньше, чем он сорвался вниз.

Снова Боярка. Но на этот его голос звучал намного серьезней.

— Тeмыч, — озабоченно сказал он. — Кажется, Катя только что улизнула домой. Каюсь, проворонил момент.